— Созданный интернат позволит не только выучить молодое поколение дивов, но и воспитать их должным образом, привив чувство долга и любви к своей стране.
Астра погладила пальцы.
Странно.
До нынешнего дня она никому не отказывала в лечении. Даже тому парню, который все-таки уснул, а она подобралась и забрала его боль. И… она еще не работала со шрамами, но свежие должны неплохо поддаваться воздействию. И потом, позже, когда рубцы начнут стабилизироваться, Астра попробует помочь. И, может быть, у нее получится.
Может быть, если действительно получится, в нем станет меньше злости.
Того парня ей хотелось лечить. Эльдара же…
— …в свою очередь это приведет к росту популяции дивов в союзе, закреплению их на одном месте…
— Хватит, — попросила Астра. И Эльдар замолчал, очнулся, захлопал глазами.
— Извини. Я, кажется, увлекся.
— Разве что самую малость, — согласилась она, убрав руки за спину.
— Но ты ведь понимаешь, насколько это важно! — Эльдар был умным человеком, а потому понял, насколько ей не понравилось услышанное. — Не только для нашей дочери, но для всей страны!
На страну Астре было плевать.
Не патриотично? Пускай. Она не собиралась жертвовать дочерью, чтобы кто—то там убедился, что безумный этот план не сработает.
— Партии нужны целители. Настоящие. Способные, вот как ты, исправить несовершенство человеческого тела! Подумай сама! Пройдет десять лет, двадцать, пятьдесят! И вас, дивов, станет так много, что вы излечите всех и каждого! А может быть, не просто излечите! Я знаю, что прежде велись работы по изменению тела, по созданию нового существа, в котором бы соединились лучшие черты всех, живущих в союзе! И что, как не это, доказало бы мировое превосходство…
— Иди в задницу, — тихо произнесла Астра.
— Что?
Эльдар моргнул.
— В задницу иди, — повторила она. — Вместе с мировым превосходством. А что до остального, то вы просто-напросто убьете детей. У них и так… слабые корни, а вы и их обломаете. Но вам ведь все равно, да? Лично тебе.
Она сделала шаг.
И Эльдар попятился.
Она, Астра, никогда и ни к кому не шла навстречу, напротив, обычно сама отступала, пряталась, убегала. А теперь ей двигало совершенно незнакомое желание добраться до глотки этого вот человека, который не мог не понимать, что творит.
Она ведь говорила ему.
Рассказывала.
Многое рассказывала, а он…
— Ты… ты не сможешь меня остановить, — сказал Эльдар, очнувшись, вспомнив, что он-то как раз сильнее и в своем праве. Правда, выставил между собой и Астрой портфель. — Как не сможешь остановить прогресс! Мой проект находится на рассмотрении и если будет одобрен…
— Дивы полностью исчезнут. А когда те, кто его одобрил, поймут, что натворили, им понадобится кто-то, на кого можно будет переложить вину.
Астра смотрела в глаза человеку и не понимала, как получилось так, что когда-то она им увлеклась. Он ведь… серый.
И внешне.
И изнутри.
И все-то он прекрасно понимает, насколько опасен его проект, однако надеется… да, пожалуй, надеется… на ведьминские зелья, на дивов, которые не пожелают расставаться с детьми, и, не имея иной возможности быть рядом, примут любые условия.
В этом ли дело?
— Уходи, — Астра закрыла глаза, не желая видеть существо, которое когда-то, не иначе как по глупости, казалось ей самым близким и родным.
Дело ведь даже не в лечении.
Мог бы приехать, Астра не отказала бы, и он точно знал, что не отказала бы. Она никогда никому не отказывала. А в этом треклятом проекте, который открывал ему, Эльдару, новые возможности. Который позволял подняться чуть выше, подобраться чуть ближе к власти, к…
— Уходи, — повторила она тихо и по тому, как приотворилась дверь, поняла, что Эльдар ушел. Но ведь и вправду не отступится.
Проект на рассмотрении?
Есть еще шанс, что…
Так, нужно успокоиться и… дальше как? Куда обратиться? К кому? К Святославу? Он обещал помочь, но… стоит ли верить этим обещаниям? Может, сам по себе он и недурной человек, пусть даже маг разума, однако он служит. И сделает то, что ему будет сказано.
Тогда…
Бабушка ушла… знала ли она? Вряд ли… если бы знала, то точно не позволила бы Эльдару выжить. Проклятья ведь разные бывают, и судя по той книге, которую Астра так и не отдала, хотя собиралась, совершенно честно собиралась, так вот, о проклятьях Серафима Казимировна знала куда больше, чем показывала.
И Розочку она любила.
И никому не позволила бы причинить вреда.
Астра сделала глубокий вдох. И поняла, как ей надлежит поступить.
Она спокойно притворила дверь, запирать не стала, скоро время полуденных процедур, а брать в процедурной нечего. Да и люди у них в отделении приличные лежат.
Астра поднялась на третий этаж.
Анатолий Львович был у себя, обложился бумагами, пряча за горами из серых папок и папочек, с виду совершенно одинаковых, кружку с чаем и рогалик. Дернулся было, но увидев Астру, только махнул, мол, заходи.
И она вошла.
— Можно вашим телефоном воспользоваться? — Астра сдержала дрожь в руках. — Междугородний звонок.
— Что-то случилось?
