Наталья чуть не рассыпала свою косметичку, на лету подхватила. Подошла несвойственной для себя вихляющей походкой к референту. Он молча выдал трудовую книжку. Записи безупречны. Даже есть благодарность. Не придерешься. Да и какие придирки. По ведомости оклад – 300 рублей, ну, а все остальное в конверте.
Что там, у сурков-то в энциклопедии?
Она машинально провела себя по пояснице, будто бы проверяя положение хвоста по отношению к поверхности земли. Потом собралась, исправила походку и пошла к гардеробу за шубкой.
К вечеру выпавший снег подтаял и уже не казался взбитыми сливками. Обычная мерзкая московская зимняя каша под ногами. Мужичок из сиреневой Хонды вылез, вытянул букет желтых роз (под Пугачеву работает). Со своей улыбкой и букетом он был похож на заказанный кем-то подарок из фирмы «Заря». Еще бы бантиком шелковым к машине привязать…
Ха-ха!
Наталья не ослепла еще совсем и с головой все в порядке – он смотрел на нее и улыбался ей своей металлокерамической голливудской улыбкой.
В этот момент, бесцеремонно отодвинув ее с дороги, мимо пронеслась та самая девушка, которая, чуть не обмишурила этого голливудского супермена на 20 миллионов: «Вадюша, я так соскучилась!» – она повисла у него не шее. Они сели в машину и, развернувшись, пустили такой фонтан из грязного талого снега, что Наталья едва успела отскочить, чтобы уберечь свою шубку.
Она вышла на улицу и подняла руку. Со своим макияжем, фигурой и шпильками среди снега она смотрелась актрисой, опаздывающей на съемки. Машин сразу тормознуло пять или шесть. Ей было все равно. Она села в первую.
412 москвич.
«Куда едем?» – мужчина был прост, даже неказист. Сразу понятно, что на «бомбежку» выехал.
Наталья выложила 100-рублевую бумажку.
– Сначала в Пассаж, там меня подождете, потом в Кунцево.
Лицо водителя не изменило выражения, только ноздри чуть дернулись от запаха дорогих духов: видно, редко в его старушку такие дамы решаются подсесть – не престижно. Он увидел ее промокшие ноги в английских шпильках и сразу включил печку.
Первый московский снег как всегда застал дорожные службы врасплох. Наталья усмехнулась, вроде не в Сан-Франциско живем, но каждый год одно и тоже. К Пассажу добрались через полтора часа, вместо положенных десяти минут.
Наталья надела успевшие высохнуть за это время туфли и попросила не отъезжать далеко, чтобы не лазить потом по такой слякоти. На всякий случай записала номер, деньги-то отдала вперед.
Сапоги в витрине уже не казались сказкой. Наталья прижала к груди сумочку с деньгами. Подставка в витрине, с сапогами разных цветов, медленно вращалась под мерцающими лазерными лучиками. Двери бесшумно раскрылись, впуская Наталью к заветной мечте.
Все-таки дама в шубке и на шпильках – это что-то. Немногочисленные покупатели обернулись на нее. Она проследовала к самому удобному креслу. Парень-менеджер подлетел к ней в тот же момент. Научились все-таки: «Can I help you?»
Наталья выдержала паузу.
– Дружочек, мне, пожалуйста, во-о-н те сапожки и именно такого цвета! Размер…
Парень принес три пары разной полноты, встав на колено, помог примерять. Когда пара была выбрана, он хотел упаковать ее, но Наталья сказала, что наденет их сразу, а туфли попросила положить в фирменный пакет.
В буфете у выхода она купила бутылку розового шампанского, несколько экзотических фруктов и флакон взбитых сливок.
Мужичок ждал в машине. Поднял бровь, увидев на ногах пассажирки сапоги стоимостью в его квартальную зарплату.
Дома у двери ждала проголодавшаяся кошка. Наталья насыпала ей сухого корма, погладила и, не снимая сапог, прошла на кухню. Очень ей хотелось походить в обновке.
Достала креманку из серванта, нарезала туда купленные фрукты и залила взбитыми сливками. Получилось похоже на утреннюю клумбу под окном. Потом она открыла шампанское, налила фужер доверху.
Кошка сидела напротив и нежно смотрела на любимую свою хозяйку. Она ждала, когда та отправиться спать, чтобы потом устроиться рядом и согревать ее своей любовью.
Наталья выпила залпом шампанское, ковырнула пару раз салат и заплакала. В это время упал в прихожей фирменный пакет из бутика, и из него выехала упаковка с дорогими колготками. Через всю упаковку была надпись «Спасибо за покупку! Ждем Вас всегда в нашем магазине!»
Женщина подошла, чтобы поднять упавшие вещи. У зеркала в коридоре лежала та самая Энциклопедия, подаренная сыном. На глянцевой обложке молодые сурки с завидным аппетитом поглощали взбитые сливки.
Наталья с остервенением схватила книжку, подтянувшись, открыла дверку антресоли и забросила туда книгу. Как можно дальше. Потом она села прямо на пол в прихожей, обняла ноги в новых сапогах и заплакала.
А в голове все вертелась дурацкая фраза:
– Вот, зараза, – чертыхнулся бригадир, в очередной раз взглянув на небо, – не дай Бог опять польет, тогда, считай, дело – труба…
