Утверждать, что любовь дает крылья, делает людей счастливыми или придает особый смысл жизни, может каждый. Но иногда истинная любовь может прийти совсем неожиданно, в самый неподходящий момент, в самое безумное место и к самому запретному человеку. Наш разум, считаясь с общими и принятыми законами морали, часто блокирует это чувство. Да, да, разум человека, это механизм, который отвечает за все функции и за саму жизнь. Когда разум находит действительно обоснованные преграды и достойные причины, чтобы убить эту любовь, она автоматический угасает: "Это и не была любовь" говорят люди. Может они и правы? Может настоящая любовь не гаснет, а то чувство, которое губит нас и должноугаснуть? Кто знает? Это и есть защитная схема человечества, ибо не всякое проявление любви является святым, непорочным и правильным. Любовь может породить человека заново и даровать счастье, но в то же самое время, она может погубить человеческие жизни. Вот этого допустить уже нельзя. Это не любовь, это обратная сторона этого чувства, которую нужноубивать. Это то же самое, что вместо Бога поклоняться Сатане. С этим разобрались, это “легко”. А что делать, когда разум блокирует и хочет убить настоящую, правильную, чистую и дарующую жизнь, любовь?! Как разобраться с войной между сердцем и разумом? Как понять, что сердце не обманывает, и любовь настоящая? Или же, как понять, что разум не ошибается, и это действительно не любовь, а чудовищнее влечение от которого нужно бежать, пока не поздно? Как? Увы, никак, как-бы не старались, никак!(Да, да, знаю, вы вспомнили про песню Jony). Любовь лотерея. Ты ставишь на кон всю свою жизнь и играешь: ты либо выиграешь свою жизнь, либо погубишь ее. Единственный консультант — это время. Оно показывает все и объясняет очень внятно. У Времени есть помощники, и это Поступки. Примите одно простое правило и запомните его: настоящая ли это любовь, или губительное влечение показывает Время, доказывая Поступками того самого человека, которого любите. Другой истины у меня нет.
От лица Камиллы
Пока папа и Себастьян говорили в кабинете, я убежала к себе. У меня был шок. Я никогда не видела отца в такой ярости и никогда не видела, чтобы он поднимал на кого-то руку, еще и на Себастьяна. Я мысленно убивала его за то, что он рассказал про нас отцу, но и понимала, что держать это в тайне вечно не возможно, да и отец не глупый, он и с моих поступков понимал, что к чему и с поведения Себастьяна. Я чувствовала себя последней тварью, которая позорит семью и выглядит распутницей в глазах отца. Кроме того, я прекрасно понимала, что отец выгонит Себастьяна из дома, и запретит контактировать с ним, и эта мысль убивала меня.
