– Я вас – тоже, – улыбнулся Михаил Изидорович, – да не волнуйтесь вы так, скоро все для вас кончится. Разберутся, что ошиблись, и отпустят.
– Да-да, Николай говорил мне.
Порфирьев, стоявший рядом с окном, рассматривал двор сквозь небольшую щелку в портьерах, подтверждая сказанное, кивнул.
– Три машины и микроавтобус.
– Хорошо, – отозвался Хайновский, – как будут действовать?
– Думаю, сразу же блокируют выезд со двора.
– Вот видите, ничего страшного, – с милой улыбкой проговорил Хайновский, поднимаясь с дивана. – Оденьте, пожалуйста, вот это.
Павел смотрел на висевшие на резной спинке стула костюм и легкий шелковый плащ. Он неуверенно расстегнул рубашку, ремень. Ему было неловко раздеваться при людях – еще трое охранников появились в дверном проеме. Прохладная рубашка идеально подошла. Уже завязанный двойным узлом галстук облег шею. Костюм слегка пах парфюмерией.
– Носки тоже переоденьте – правда всегда в деталях, – ухмыльнулся Хайновский.
Павел уже стоял в плаще и шевелил пальцами ног.
– А как же кроссовки? – спросил он, глядя на строгие английские туфли.
– Поставьте возле стула. Произведем обмен – мои туфли на ваши кроссовки.
– Нельзя, там деньги спрятаны, – прошептал Павел, показывая пальцем на подошву.
Хайновский не сразу понял, о чем идет речь. Павел продемонстрировал трещину, засунув в нее палец.
– Без ножа не вынуть.
Порфирьев уже нервничал, он готов был выхватить пистолет, сунуть его в бок тупице и вытолкать на площадку, и только миролюбивый тон Михаила Изидоровича сдерживал его. Начальник охраны удивлялся выдержке олигарха – в момент, когда решалась его судьба, Хайновский оставался спокоен и рассудителен. Сам Порфирьев абсолютно не верил в то, что план олигарха сработает, он мог дать небольшой выигрыш во времени, но и только.
«Ведь весь квартал перекрыт!»
Павел нервно обматывал кроссовки шнурками и явно не расстался бы с ними ни под какие обещания.
– Ладно, берите их с собой, – разрешил Михаил Изидорович, – только дайте ему какой-нибудь пакет, не нести же ему их в руках открытыми.
Кроссовки оказались в черном бумажном пакете с надписью «ZARA», так, словно Павел только что покинул бутик с покупкой. Он стоял посреди комнаты и глупо улыбался, разглядывая собственное отражение в погасшем экране большого телевизора.
– Наденьте темные очки, – Хайновский вынул из нагрудного кармана своего пиджака солнцезащитные очки в золотой оправе, – ну вот, теперь вы выглядите почти как я. Во всяком случае, подмену можно разглядеть только вблизи. Не забывайте, короля играет свита, – обратился он к охране, – обступите его поплотнее. Отсекайте его по направлениям к машинам. Садитесь быстро, а когда вашу машину блокируют, не открывайте дверцы сразу, тяните, сколько можно. Мне нужно время, чтобы уйти. С богом, – неожиданно пафосно сказал он. – И тут же добавил: – И еще один штрих, подождите, – перегнулся через спинку дивана, достал серебристый портативный компьютер, – когда человек что-то несет в руке, это отвлекает внимание от лица, во всяком случае, в первые секунды. Держите и не выпускайте, – он вручил ноутбук Павлу. – А теперь идем.
– Тяжелый, – взвесил его в руке дачник.
– Аккумуляторы, они всегда тяжелые.
Павел, неуверенно ступая, вышел на площадку, там сразу стало тесно. Шестеро охранников вместе с Порфирьевым, он и Хайновский. Спускались по лестнице, свет на марши пробивался сквозь сложенную из стеклянных блоков шахту лифта. Когда оказались на площадке пятого этажа, Хайновский остановился, коротко пожал руку Порфирьеву, бросил ему:
– Свидимся, – и тронул за плечо Вадима, – ты остаешься со мной.
Никто из охранников не проронил ни слова. Процессия медленно спускалась по лестнице. Хайновский подмигнул удивленному Вадиму, тот совсем не ожидал, что хозяин оставит его с собой, думал, что пойдет вместе со всеми. Михаил Изидорович открыл дверь квартиры на пятом этаже своим ключом и подогнал Вадима:
– Быстрее же.
Обстановка здесь была поскромнее, чем наверху. Три комнаты, хороший, но не идеальный ремонт.
– Скорее к окну, не высовывайся и говори, что происходит, – Хайновский сел к столу, нервно вертел в руках трубку сотового телефона.
– Они пока еще не вышли, – как заведенный, говорил Вадим, – так, открылась дверь. Первым вышел Порфирьев. Они все на улице, идут квадратом. Он посередине…
– Ноутбук при нем? – торопливо перебил Хайновский.
– Да. Две машины завелись. Одна из них едет к арке. Микроавтобус завелся. Наши уже в машинах. Трогаются…
Вадим напрягся, сжал кулаки, хоть и ожидал, что это произойдет. Одна фээсбэшная машина резко развернулась поперек арки, перекрыв выезд во двор. Джип, в котором ехали Порфирьев и Павел, еле успел затормозить, тут же две другие фээсбэшные машины подперли джип сзади. Из арки посыпались люди в черных масках с автоматами.
– Их десятка два, – проговорил Вадим, – обступили машину. Угрожают оружием.
– А я здесь, – улыбнулся Хайновский и поднес к лицу руку с мобильником, – не пропусти момент, когда откроют дверцы…
