Мероприятия шли одно за другим. Однажды товарищ Осипов разузнал, что в его родном районе Матвеевское строят элитный дом, причем с диким нарушением санитарных норм, поскольку высотка вызовет затенение соседних домов. А местные жители вообще планировали построить на этом месте детскую площадку. Саня легко наладил контакт с инициативной группой, и через несколько дней мы отправились на их сход. Помимо АКМовского десанта, Осипов подтащил еще местных неформалов. В то время понятие «уплотнительная застройка» еще не вошло в речь; это была одна из первых акций протеста на подобную тему. Честно говоря, мы толком не умели вести себя на таких мероприятиях и еще на подходе к месту начали привычно заряжать наши речевки. Сейчас понимаю, насколько нелепо это выглядело. К счастью, жители были рады любой подмоге и приняли нас весьма радушно. Даже помогли закрепить наш баннер «Мир хижинам, война дворцам!» прямо на заборе незаконной стройки. Осипов толкнул бодрую речь, обличающую буржуев, народу понравилось. А вот появившимся мусорам — не особо. Мы только тут поняли, что митинг санкционирован не был. Поначалу серых было немного, буквально двое-трое. Они всячески пытались отвести нас «поговорить», но мы отказывались, а местные жители обступили нас живым кольцом и явно не дали бы провести задержание.
Сход понемногу подходил к концу, жители начинали расходиться. Полиция же, наоборот, прибывала, подъехал даже воронок с парой дюжих ОМОНовцев. Соотношение сил менялось не в нашу пользу, да и все проблемы уже обсудили, поэтому мы приняли решение ретироваться. Отходить открыто через станцию было не вариантом, поэтому мы начали понемногу перетекать во дворы, благо местные ребятишки знали все проходы и подворотни. Менты откровенно ступили и хватились за нас поздно, как потом рассказы вал и Осипову женщины из инициативной группы. Отойдя уже достаточно далеко, мы обнаружили отсутствие товарища Мусина. Мобильные тогда были не у всех, а у нашего любителя СССР его никогда не было в принципе. Поэтому о его судьбе мы узнали только через несколько дней. Оказывается, еще в самом начале к нему подошел мужик и докопался до значка с Лениным. Руслан почуял здесь свой звездный час и отошел с ним, дабы прочитать лекцию о роли Владимира Ильича в истории. Вот только того, что мужик оказался опером в штатском, он не учел и продолжил «пояснять за шмот» уже в отделении, причем отпустили его только на следующий день. Впрочем, его революционный пыл это нисколько не убавило, а все мы стали несколько внимательнее и осторожнее.
Задержания вообще вещь непредсказуемая. Иногда из, казалось бы, патовой ситуации удавалось выйти сухим из воды, а в другой раз принималово случалось совсем на ровном месте. Возьмем хотя бы наш агитрейд перед концертом «Гражданской Обороны» в ДК Горбунова. Мы разбились на две группы и отправились раздавать листовки с призывом прийти на шествие 1 мая. Группа во главе с Осиповым пошла окучивать традиционно длинную очередь в ДК, а мы с Удальцовым и Коляном встали на основном месте прохода людей. Разбирали листовки хорошо, один парень даже активно подключился к раздаче. Мимо несколько раз прошел патруль ОМОНа, но на нас они внимания не обращали. Оставалось совсем чуть-чуть листовок, как вдруг откуда-то выскочил пожилой ОМОНовец крайне небольшого росточка и начал возникать. «Вы тут мятеж поднимаете! Мы вас с ребятами сейчас в больницу отправим!» — вешал он, и его слова подкрепили подошедшие сотрудники покрупнее. Подошла еще группа ОМОНовцев во главе с лысым мужиком в штатском, который достал корочку сотрудника уголовного розыска. Слово «уголовный» звучало неприятно. Нас повели на досмотр личных вещей. Всю дорогу до автобуса один из амбалов в камуфляже допытывался у Цезаря, любит ли он бить ментов, а другой пытался клеить стикеры АКМ мне на куртку. В автобусе опер старательно сложил наши листовки и стикеры в прозрачные пакеты, как вещдоки убийства. Я прямо почувствовал себя отрицательным персонажем детективного фильма. В итоге опер повез Удальцова в отдел, а нас отпустили восвояси. Цезаря через пару часов тоже отпустили, чуть ли не извиняясь. Мы смогли попасть на концерт и встретились со второй группой. Они без всяких проблем раздали весь материал, затусовались с кучей панков, а Осипов еще и удачно склеил девушку. Многое с концерта реально пришли на Первомай, а летовский припев «Как листовка — так и я!» в тот вечер воспринимался несколько по-особому.
