Кому мешает ДНК-генеалогия? полностью

Перейдем еще к одному глупому недоразумению, тоже отраженному на «моей» страничке в Википедии, и о чем долго ломали копья в дискуссиях в других местах (например, на «Троицком варианте»), в чем с очередной глупостью отметился Л. Клейн (и как он от глупостей не устаёт?). В науке есть ученые степени, звания и должности, и они пересекаются только частично. Можно быть профессором по должности, но быть только кандидатом наук по ученой степени. Можно быть доктором наук, но не быть профессором. Можно быть профессором по должности, но не по званию (которое присваивает ВАК по решению Ученого Совета соответствующего учебного или научного учреждения).

Приведу личный пример. В 1977 году я защитил докторскую диссертацию (доктора химических наук), было мне тогда 30 лет, и я был старшим научным сотрудником химического факультета МГУ. Немедленно после того был приглашен стать по совместительству профессором Московского пищевого института, и был зачислен на должность профессора. На следующий год я стал профессором химического факультета МГУ, то есть профессором МГУ, что одно и то же. Было у меня тогда звание профессора? Не было, я его получил только через пять лет, когда уже был заведующим лабораторией и профессором Академии наук СССР. Только тогда я по решению ВАКа получил звание профессора с выдачей соответствующего диплома. Это звание – пожизненное.

Подобная же ситуация была в Гарвардском университете. Меня пригласили туда занять должность профессора биохимии, и эта должность возобновлялась каждый год с 1987 по 1998 год, на протяжении 12 лет. Было у меня там звание профессора? Не было, как не было и в Пищевом институте, и в МГУ на протяжении ряда лет. Профессор, повторяю, это и должность, и звание, причем звание дается относительно редко, пожизненно, за, так сказать, особые заслуги. То же самое и в Гарварде. Там есть должность профессора, кем я и был (формально она обычно называется «приглашенный профессор»), а аналогом звания является подписание пожизненного контракта на работу в данном учебном заведении в должности профессора. «Титулом» там это никто не называет, нет в университетской жизни США такого понятия. Там университетская пожизненная должность называется tenure, хотя в английском языке tenure имеет еще много значений. Например, «his tenure with the company» означает время, в течение которого некто работал в конкретной компании. Никакого отношения к пожизненным должностям или университетским званиям это не имеет. Во многих университетах США пожизненных профессоров вообще нет, там люди занимают ставку профессора, точно также, как занимал ее я в Гарварде. И никто по этому поводу истерику не поднимает, как ее подняли Клейн, Боринская, Балановские, Касьян.

Так что требования Клейна типа «Я предложил ему опубликовать документ о присвоении титула профессора», «титул Гарвардского профессора А. Клёсовым мошеннически присвоен», «самый простой способ – опубликовать документ о присвоении титула» – это все очередные глупости Клейна. И главное – в чем причина такого накала Клейна? Да в том, что надо низвергнуть ДНК-генеалогию, представляете? В том, что он запутался в понятиях о гаплотипах и гаплогруппах, о датировках, показал свою полную безграмотность в этих вопросах, тем более перенеся эту безграмотность на исторические представления, см. ниже выдержки из дискуссий на «Троицком варианте». И чтобы в этом не признаваться, чтобы отвлечь внимание читателей, пошел «свиньей» на мое профессорство в Гарвардском университете. И то, что я об этом здесь пишу – дело вовсе не в профессорстве, а в том, чтобы показать, какими методами пользуются «оппоненты». Почему-то у директора нашего научного центра в Гарварде, профессора Б.Л. Вэлли, такие вопросы не возникали, вот, например, его письмо-рекомендация на мой счет в администрацию Гарвардского университета. Желающие могут посчитать, сколько раз там употребляется слово «профессор».

В моем же случае пожизненного контракта не было, мне, повторяю, продлевали должность профессора Гарвардского университета (и его Медицинской школы) на протяжении 12 лет. Никто не заморачивался с тем, приглашенный это профессор или какой, письма мне шли из Гарварда и других мест с указанием «Профессору», табличка на двери кабинета была «Профессор» с указанием фамилии, на всех выступлениях объявляли как профессора. Ушел я из Гарварда на должность вице-президента компании, где мне предложили вести очень значимый научный и прикладной многомиллионный проект. Это описано в моей книге «Интернет. Заметки научного сотрудника».