Адад на мгновение растерялся. Он не думал, что отец так легко пойдет на уступки. Но, приняв предложение короля, он вынужден будет отказаться от борьбы с Тсотха Ланти. У него мелькнула мысль, что за всем этим стоит колдун, но тут же задумался о том, с какой стати Амальрик вдруг решил предупредить его об этом. До Хроша из столицы путь не близкий, зачем же предупреждать его о приезде канцлера Ниниба, который был его воспитателем в детские годы и потом в пору возмужания. От кого, но от Ниниба Адад никакой подлости никогда не ожидал. А вот насчет Амальрика он не был так уверен. К младшему брату у него были сложные чувства. С одной стороны он любил его, но с другой к некоторым качествам его характера относился с неодобрением. Как младшему члену королевской семьи, Амальрику многое прощалось, но с годами его детские шалости приобретали все более хулиганский характер. С такими же шалопаями как он сам, Амальрик как-то ночью напал на прохожих, из озорства отбирая у них шляпы. Когда их всех задержал гвардейский патруль, остальные понесли суровое наказание, но сына король лишь слегка пожурил. Для него не было авторитетов, он мог надерзить даже канцлеру. Амальрик слегка побаивался только отца и, как огня боялся Тсотха Ланти. Даже к Ададу он относился с изрядной долей высокомерия, будто не он его младший брат, а наоборот.
Между тем, Амальрик стал прощаться, сказав, что должен к утру добраться в Хоршемиш, чтобы никто не заметил его отсутствия.
— А чего собственно ты опасаешься? — спросил Адад. — Разве ты обязан перед кем-то отчитываться в своих действиях?
— Боюсь, слух о том, что меня не было в столице, дойдет до отца, — доверительно объяснил Амальрик, — он станет интересоваться, где я был, а его я обманывать не хочу.
Принц Адад проводил брата, а потом с грустью смотрел с крепостной стены, как удаляется кавалькада всадников в направлении Хоршемиша. Когда они скрылись с глаз, он вернулся в свой кабинет и приказал созвать капитанов для продолжения совещания.
— Не знаю, как вы воспримете эту новость, но, похоже, война окончена, — начал он свою речь, когда все вновь собрались в его кабинете. — Король, мой отец, решил пойти на мировую и передать эту провинцию мне в управления, так что не пройдет и месяца, как я со всеми вами смогу с лихвой расплатиться за службу.
По кабинету пронесся ропот, в котором радость смешивалась с растерянностью. Некоторые капитаны не ожидали, что им так скоро понадобится искать новых работодателей. Принц поднял руку, требуя тишины и продолжил:
— Кто пожелает пополнить ряды моей гвардии, тех приму с удовольствием, но и остальные не будут в обиде, это я вам обещаю. Через несколько часов сюда прибудет государственный канцлер для выработки окончательного соглашения. Затем соберемся, я ознакомлю вас с этим документом. А пока все свободны.
Принц встал из-за стола, сделал два-три шага и внезапно схватился рукой за грудь. Несколько секунд спустя он упал на пол и в уголках его рта появилась пена. Капитаны, не поняв, что случилось бросились к нему.
— Принцу плохо! — воскликнул Аларик, расстегивая камзол и рубашку на груди Адада. Он прижал ухо к его груди и, не уловив биения сердца, поднялся на ноги.
— Принц мертв! — произнес он глухим голосом. — Сердце не бьется.
В кабинете наступила тишина, никто не мог понять, что могло вызвать такую внезапную смерть.
Вдруг дверь распахнулась и на пороге появился капитан гвардии, громко и торжественно объявивший:
— Государственный канцлер к принцу Ададу!
Увидев, что принц лежит на полу посреди кабинета, а вокруг столпились капитаны, он схватился за меч.
— Что здесь произошло?
— Принц умер! — глухо произнес Конан.
— Что случилось? — встревоженно спросил вошедший за капитаном гвардии невысокий человек в черном камзоле и таких же штанах, заправленных в сапоги, порыжевшие от пыли. На вид ему было около шестидесяти, лоб был в залысинах, а седые волосы спадали на плечи. Лицо его слегка обрюзгло, но в глазах светился живой ум. Увидев лежащего на полу Адада, он бросился к нему, упал на колено и прижался ухом к груди.
Через минуту, поднявшись на ноги, он обвел взглядом капитанов и требовательно спросил, обращаясь к Конану, который оказался рядом с ним:
— Так все же, что здесь произошло?
Конан вспомнил слова принца о том, что Ниниб в детские годы был его воспитателем и угрюмо ответил:
— Мы не знаем, что случилось. Принц собрал нас на совещание обсудить, что делать дальше после ухода Несокрушимого легиона. В это время появился его брат…
— Как? Амальрик был здесь? — с удивлением воскликнул Ниниб.
Конан кивнул и продолжил:
— У него, якобы были какие-то важные известия. Мы разошлись. Спустя час или больше, его гость уехал, а принц созвал нас опять на совещание. Он сказал, что отец не желает больше войны и хочет передать ему в управление эту провинцию. Якобы ты, канцлер, должен прибыть, чтобы составить об этом официальное соглашение. Сказав, что мы свободны, он вышел из-за стола, сделал несколько шагов, схватился руками за грудь и упал. Остальное ты сам все видел.
