Конан сидел молча у входа в кабинет принца, где проходило совещание и думал, что они оказались в сложном положении. С их малыми силами из Хроша никуда удалятся нельзя, а, тем более, наступать на столицу Кофа с ее неприступными стенами и бастионами. В чистом поле их разобьют легко и просто даже остатками Несокрушимого легиона. Надо признать, что они сами себя загнали в западню, из которой, похоже, нет выхода. Конечно, можно было оставаться здесь и дальше, отражая атаки королевских войск, которые Страбонус будет время от времени высылать против сына, но рано или поздно наемникам это надоест и они попросту уйдут. Солдаты удачи далеки от альтруизма, они продают свои мечи и рискуют жизнями за деньги…
Его размышления прервал грохот тяжелых сапог в коридоре, затем дверь распахнулась и появившийся на пороге капитан охраны Адада доложил, что в Хрош прибыл принц Амальрик, и просит у него аудиенции.
— Он велел передать, что привез важные новости, но располагает ограниченным временем, — сказал капитан. — Он не хочет, чтобы его длительное отсутствие в столице было обнаружено.
Адад объявил перерыв в совещании и распорядился пригласить Амальрика. Из кабинета принца Конан вышел одним из первых и увидел в коридоре молодого человека, совсем еще юношу, хрупкого телосложения, одетого в роскошный бархатный камзол, вышитый золотой и серебряной нитью с позументами на стоячем воротнике. Через плечо у него была переброшена легкая кожаная сумка. На нем были темно-синие штаны и высокие кавалерийские сапоги из хорошо выделанной кожи.
— Должно быть, это и есть Амальрик, — подумал киммериец, бросив в сторону молодого принца изучающий взгляд.
Лицо юноши можно было назвать красивым, но его портила лежащая на нем печать надменности. Темно-карие глаза молодого человека смотрели на окружающих, если не с презрением, то полу снисходительно, как на существ низшего порядка. Его высокомерный взгляд остановился на Конане, столкнувшись с недобрым взглядом ледяных глаз синеокого великана, заставивший его помимо воли поежиться. Мгновение спустя он узнал в нем того самого человека, которого видел в шаре Тсотха Ланти рядом с братом на крепостной стене.
— Амальрик! Ты как здесь оказался? — раздался в это время радостный возглас Адада, вышедшего из кабинета с широко распростертыми объятиями. Братья обнялись и зашли в кабинет принца.
— У меня немного времени, брат, я не хочу, чтобы мое отсутствие в королевском дворце было замечено, — сказал Амальрик. — Но я привез тебе в подарок бутылку замечательного аквилонского вина и не откажусь распить с тобой кубок-другой за нашу встречу.
Он достал из сумки пузатую бутылку темного стекла, а Адад порылся в ящике стола, извлекая оттуда два серебряных кубка.
— Употребление спиртного не относится к числу моих увлечений, — немного смущенно заметил он, — но с тобой я с удовольствием отведаю твой чудесный подарок.
— Ой чуть не забыл, — отставил кубок в сторону Амальрик, — я сегодня не пил прописанного мне лекарем лекарства.
Достав золотую бутоньерку, он вытащил пилюлю и проглотил ее.
— Что с тобой брат? — с беспокойством спросил Адад. — Ты болен?
— Ничего серьезного, это экстракт какого-то кхитайского растения общеукрепляющего характера. Лекарь прописал мне принимать его по пилюле в день. Но, давай-ка лучше выпьем, я ведь привез тебе важную новость!
Они сдвинули кубки и каждый сделал несколько глотков.
— Действительно, у этого вина необычный вкус, — одобрительно произнес Адад, — аромат и послевкусие изумительные!
Он допил кубок почти до дна и отставил его в сторону, выжидательно глядя на брата. Тот тоже отставил свой кубок, не допив его, и сказал:
— Не знаю, как ты воспримешь эту новость, но отец хочет с тобой примириться и отдать тебе в управление провинцию Хрош. Сюда следует канцлер с официальным предложением мира на этих условиях, я обогнал его едва ли на несколько часов. Просто хотел заранее предупредить, чтобы приезд канцлера не застал тебя врасплох.
