Публичный почин, интерес подхватили, осветили еще отчасти независимые от президентского государства белорусские средства массовой информации. Поэтому в Минске у розыскных билбордов скапливалось поболе диссидентствующего народу. Как и водится, не обошлось в столице без пояснительных рукописных надписей на ментовских плакатах и граффити на стенках.
Интернет-вещание о громокипящем отходе, сколь повелось, поддержали тихие народные слухи. Больше всего потихоньку разговаривали и шептались о мистическом подземном взрыве, напрочь-де завалившем и разрушившем секретные катакомбы КГБ. Каким-то образом тихенькой антипрезидентской общественности стало известно ― следов-то каких-либо взрывчатых веществ в месте завала не обнаружено.
В пятницу и субботу одновременно с пресс-конференцией в Киеве милицейские розыскные плакаты трех политбеженцев, налицо оказавшихся эмигрантами, украдкой принялись убирать с недобрых глаз долой. Сперва в столице, затем в областях. Надо полагать, в Минске наверху сообразно дотумкали, постановили не горлопанить о сусветном конфузе. Дескать, скандального политического шуму не оберешься. Теперь на весь крещеный мир нехорошо прославились и бездарно ославились в который уж раз. На несколько дней в мировых масс-медиа удалой уходом из гебистской спецтюрьмы предстал самой главной событийной новостью из Беларуси и Минска. Истинно медийной сенсацией.
В Москве, рассказал отдельно Михалыч, рекламно-розыскную акцию лукашенковских архаровцев официальные лица никоим грехом не поддержали. Сочли внутренним белорусским делом. Обо всем, связанном с идейным побегом и тремя уголовными делами, многозначительно молчат, доселе в официозах замалчивают. С какой стати, спрашивается, лишний раз осложнять нефтегазовые трения, прения и, так сказать, терки промеж союзных подельников? Не помогло даже громкое в Украине, на правительственном уровне, участие в судьбе трех политэмигрантов, претерпевших в РБ от ложных обвинений.
Никакой вам, крамольники, публичности в России! Будьте благонадежны…
Кстати, в Интерполе дело о белорусском бегстве приняли к неспешному скрупулезному рассмотрению. И с какими-либо скороспелыми уголовным выводами, нисколько не торопятся. Не говоря уж о международных судебно-полицейских телодвижениях…
По словам Двинько, новый, пребольшой антилукашистский скандал в закордонных свободных СМИ неминуемо должен разгореться со дня на день. Затем легкие на подъем политики, парламентарии разных стран и зарубежных народов не преминут подключиться к достохвальному публичному делу.
―…Замшелые, фе, оппозиционные поводыри, системно и режимно зарегистрированные в лукашистском Мин» юсте, ― уничижительно фыркнул дядька Алесь, ― покамест недвижимо отмалчиваются в онучку. Но, думаю, вскорости они союзно примкнут к европейским и американским голосам, вещающим в вашу защиту. Как-никак вождям негоже отставать от поезда и отрываться от ведомых партийных масс. Не то демократический паровоз, ту-ту, политкорректно уйдет без них.
― Publicity is prosperity, ― сентенциозно по-английски и по-журналистски вслух присоединился к двиньковскому прогнозу Вовик Ломцевич…
―…Я, друзья мои, не спешу давать вам благие советы, ― продолжил ту же самую криминально-политическую тему Алесь Двинько за ланчем в Дарнице. ― Как вам поступать конкретно, вы уж решайте самостоятельно, совместно и уместно. Но, будьте благонадежны, моей посильной помощью и поддержкой вы можете располагать далеко не абстрактно.
Разом с тем я придерживаюсь мнения, что в ваших уголовных бедах-злосчастьях и в тюремной неволе априори ответственна, будем благонадежны, дедуктивно виновна белорусская держава. То бишь это бездуховное государство, та еще власть предержащая, вкупе с подначаленными ей малыми властями прилежащими и те, кто им влюбе пособничают, сознательно и демократически оказывают многолетнее доверие.
Стало быть, отомстить, соответственно воздать всем им есть ваше правое дело. Однако сводить счеты, дебет с кредитом, можно по-разному. Не так ли, спадар Евген? ― риторически вопросил Двинько, исподволь готовясь к основной части застольной речи.
― Чья-нибудь частная вина отнюдь не исключает общей коллективной ответственности, шановное спадарство. Во плоти и в духе.
От пищи телесной к снеди духовной индуктивно один лишь шаг. Он невелик для одного человека, но огромен для группы людей. Тем более социологические неравенства встречаются в жизни людской значительно чаще, нежели электоральные или политические уравнения.
Мы не будем сейчас рассуждать о победной демократической силе званого уравнительного большинства и неотъемлемых гражданских правах избранного меньшинства. На земле и в небесах. Тут и там каждый волен или не волен что-либо, кого-либо избирать в меру своих сил и возможностей.
Пусть вам в конечном итоге все обстоит, ровно на кладбище. Кто был никем, тот стал ничем. Неизбежно становясь прахом могильным, завалившимся деревянным крестом или совсем не вечным каменным надгробием.
