Гермиона давно заметила — время никогда не течёт в одном темпе. Оно то замедляется, то ускоряется. Иногда часы длятся и длятся, а иногда месяцы кажутся очень короткими. Неожиданно тянувшееся, как жевательная резинка, время ускорилось до максимума, и она едва заметила, как после февраля наступил июнь, а вместе с ним и сдача ЖАБА.
Изменения со временем произошли почти сразу после того, как они с Драко Малфоем освободили Шерлока. После того, как Шерлок ушёл, они с Драко привели по очереди в чувство всех пятерых и расспросили. Ничего особенно интересного не выяснили, только поняли, что в маггловском мире назревают крупные политические перестановки, и несколько влиятельных людей, в том числе и Майкрофт Холмс, борются за власть. Каким-то образом один из его конкурентов вышел на связь с волшебным миром и нашёл за хорошие деньги троих или четверых магов, которые были готовы поработать в мире магглов. Как поступить, они с Драко решили сразу и единогласно — всем пятерым, знавшим Шерлока, они подправили память и убедили их в том, что Шерлок не видел ни одного заклинания, после чего Гермиона отправила Патронуса Кингсли, и тот прислал авроров. Не было никаких сомнений в том, что всех, кто нарушил Статут о Секретности, ждали неприятные последствия.
— А ты лицемерка, — с некоторым уважением в голосе сказал ей Драко тем же вечером, за ужином.
— Лицемерка, — согласилась Гермиона. — Во всяком случае, в том, что касается моих друзей.
— Ты его защищаешь так, как, похоже, никогда не защищала Поттера и Уизли, — заметил он. Гермиона задумалась и кивнула:
— Пожалуй, ты прав. Но Гарри и Рон могут за себя постоять, а Шерлок…
— Я бы сказал, что он несколько не от мира сего, — аккуратно произнёс Драко.
Гермиона улыбнулась и согласилась:
— Пожалуй, немного. Но это не мешает ему быть самым умным человеком, которого я знаю.
— Он действительно окклюмент?
— Да, и очень сильный.
Драко замолчал на некоторое время, а потом медленно сказал, обращаясь скорее к собственным мыслям, чем к Гермионе:
— Я всегда завидовал вам троим, тебе, Поттеру и Уизли. То, как вы боретесь друг за друга, и как ты защищаешь Холмса… Видимо, это и есть то самое гриффиндорское положительное качество.
— То самое?
— Да, очевидно, что у каждого факультета есть какие-то положительные качества. У Райвенкло это глубина мысли, у Хаффлпаффа — трудолюбие, у Слизерина — умение находить выход из любой ситуации. А вот у Гриффиндора я никогда этого положительного качества не видел, потому как, прости, конечно, но ни безрассудную отвагу, ни полное отсутствие чувства самосохранения я таковыми назвать не могу.
— А верность друзьям?
— Пожалуй.
Тот разговор, как ни странно, стал одним из многих, которые она вела с Драко. Он тоже получил разрешение на сдачу ЖАБА, и они стали готовиться вместе, чаще всего у него в библиотеке, которая была едва ли не богаче Хогвартской. Временами Драко безумно походил на самого себя в школьные годы, и в такие моменты Гермиона называла его исключительно по фамилии, а иногда и грозила проклясть чем-нибудь. Но большую часть времени он вёл себя вполне сносно. То есть он не перестал быть снобом и самодовольным гадом, разумеется, но грань дозволенного видел, так что его шутки и замечания, хотя и ядовитые, редко были действительно оскорбительными. Этим он сильно напоминал ей Шерлока, который тоже никогда не упускал случая съязвить.
Сам Шерлок почти не появлялся — по его словам, он с головой ушёл в учебу, чтобы освоить программу трёх лет за полтора года. Впрочем, Гермиона была за него спокойна. В конце февраля она приняла не совсем обычное решение и, в один из дней, наведалась в гости к миссис Уизли с вопросом о том, как работают её волшебные часы, показывающие состояние всех членов семьи.
Миссис Уизли была ей не слишком рада — похоже, не простила расставания с Роном, — но, узнав, что Гермиона хочет сделать артефакт, который позволит приглядывать за родителями, оттаяла и показала основные заклинания. Меньше чем за неделю Гермиона сотворила себе небольшие наручные часы с тремя стрелками — «Мама», «Папа» и «Шерлок» — и двумя указателями — «В порядке» и «В большой опасности».
До тех пор, пока все три стрелки указывали на отметку «В порядке», Гермиона могла спать спокойно, и её единственным серьёзным переживанием стала сдача экзаменов.
— Ты умнейшая ведьма поколения и даже меня превосходишь по успеваемости! — как-то сказал ей Драко, уставший, похоже, от её паники. — Ты сдашь всё блестяще, успокойся.
Этот комплимент настолько не вязался с его обычными шутками и подколками, что Гермиона рассмеялась и даже несколько расслабилась. Вряд ли она во всём мире могла бы найти более жёсткого критика её способностей, за исключением, может быть, покойного профессора Снейпа, так что к его словам можно было прислушаться.