Расставив оборудование на столе в гостиной, повесив истыканную булавками и кнопками карту на стену и разместив Билли поудобней на каминной полке, Шерлок довольно устроился в кресле у камина и потянулся было за телефоном, но его внимание привлекла газета. «Самоубийство сэра Паттерсона: кто виноват?», — гласил заголовок, под которым размещалась крупная фотография заурядного мужчины, по всей видимости, бизнесмена, слишком много времени проводившего в офисе. Шерлок пробежал глазами материал и отложил газету обратно — заурядное самоубийство не требовало его внимания.
— Заурядное? — уточнил Майкрофт в его голове.
Шерлок вздрогнул и снова бросил взгляд на текст: тело обнаружили на верхнем этаже небоскреба в Сити, в то время как жена ждала его совершенно в другом месте. Поднявшись наверх, бизнесмен принял сильнодействующий яд, смерть от которого наступила, предположительно, в течение трех минут. Пожалуй, не настолько заурядное самоубийство, как показалось ему с первого взгляда. Он только вернулся из командировки, очевидно, успешной, его ждала жена, которой он не изменял в последние пять-семь лет (если только фото свежее). Зачем ему убивать себя, да еще и с помощью яда, вызывающего сильные мучения? Разве не проще выбросится из окна или прыгнуть в Темзу? Застрелиться, в конце концов — человек, который владеет такими средствами, как сэр Паттерсон, мог купить оружие.
«Если Паттерсон не идиот, то его убили», — набрал он сообщение и отправил Лестрейду. Некоторое время телефон молчал, а потом звякнул, сообщив о том, что пришел ответ. «Это самоубийство, мистер Холмс. Мне хватает нераскрытых дел и без него».
— Болван, — прошипел Шерлок и написал: «Новый адрес: Бейкер-стрит, 221б».
Ответа не последовало, и он с раздражением убрал телефон в карман. Впрочем, и без Паттерсона ему было чем заняться, так что он выкинул его самоубийство из головы. Когда Лестрейд сообразит, что дело сложнее, чем ему кажется, он сам придет.
Заплатив три тысячи фунтов за месяц вперед, Шерлок погрузился в работу, попутно обустраивая квартиру по своему вкусу. Впервые в жизни территория, на которой он существовал, его интересовала. Это были не просто стены, внутри которых он мог жить, это была его квартира. Пожалуй, нечто подобное он испытывал только по отношению к старой комнате Гермионы в Кроули.
Билли тоже на Бейкер-стрит понравилось, а вот с миссис Хадсон они общего языка не нашли. Билли молчал и смотрел на нее с осуждением, а миссис Хадсон громко возмущалась и говорила, что готова сдавать комнату Шерлоку, его жене, любовнице, любовнику или обоим сразу, но никак не черепу.
— Это мой друг, — отрезал Шерлок, и миссис Хадсон отступила, хотя было очевидно, что Билли в большой опасности.
Гермиона его новую квартиру оценила только через две недели — как-то вечером позвонила в дверь, и миссис Хадсон проводила ее наверх, а потом вдруг сообщила, что идет в магазин.
— Раньше ты старалась не применять магию к магглам, — заметил Шерлок, опуская приветствия.
— Раньше, — со вздохом заметила Гермиона, — я была наивной и верила в лучшее в людях.
Не сказав ни слова про беспорядок, она рухнула в свободное кресло и закрыла глаза. Шерлок сел напротив и замер, соединив кончики пальцев. Рано или поздно она расскажет, зачем пришла, и, вероятнее всего, дело будет интересным.
Так и оказалось. Помолчав минут десять, Гермиона сказала:
— У меня проблемы.
Шерлок кивнул и уточнил:
— Ты имеешь в виду те проблемы, которые ты сама или Гарри Поттер разрешить не в состоянии.
— Именно.
— Рассказывай.
— А нечего рассказывать, — мрачно сообщила Гермиона. — Это не конкретное дело, это ощущение надвигающейся опасности. Что-то готовится, и я боюсь, что это что-то будет похоже на организацию Волдеморта. Тайные собрания, участников которых я не могу отследить, слишком активная переписка (сов даже магглы стали замечать), нездоровое шевеление в Лютном переулке и других злачных местах.
— Это не проблемы, — заметил Шерлок.
— Проблемы. Я — глава Департамента магического правопорядка, я должна гарантировать волшебникам, что они могут спокойно спать в своих постелях. А я не могу этого сделать. И Аврорат не может, — Гермиона потерла виски и поморщилась: — не бери пока в голову, все равно у меня нет фактов, одна интуиция. Я пришла не за помощью, а пожаловаться, — она оглядела гостиную и заметила, явно меняя тему разговора: это монстр Франкенштейна, а не гостиная.
— Я знал, что тебе не понравится, — пожал плечами Шерлок.
Вообще, у него мелькнула идея предложить Гермионе перебраться сюда — это решило бы проблему с арендной платой. Но он бросил взгляд на ее руки, принюхался к духам и отказался от этой затеи — очевидно, у нее намечается очередной роман.
— Кто на этот раз? — спросил он, не столько из-за того, что интересовался подробностями ее личной жизни, сколько по привычке.
— Не люблю, когда ты так делаешь, — хмыкнула Гермиона, потом хитро улыбнулась и предложила: — попробуй угадать.