С минуту Гарри молчал, потом взъерошил волосы и сообщил:
— Выбора все равно нет. Знаешь, где морг?
Под мантией невидимкой они прошли во владения Молли Хупер — Гермиона была здесь однажды и саму Молли видела мельком, но узнала ее — она стояла над Шерлоком, по ее лицу катились слезы. Гарри сбросил мантию, убрал ее и достаточно громко позвал:
— Мисс Хупер!
Она обернулась и громко всхлипнула, попыталась рукавом вытереть слезы, но безуспешно. Если бы не Гарри, Гермиона не выдержала и сказала бы ей правду, настолько отчетливо было написано страдание на ее лице.
— Мисс Хупер, — Гарри подошел к ней, мягко взял за руку и сказал: — не стоит плакать, мисс Хупер. Все будет хорошо.
Но его слова произвели обратный эффект — она зарыдала еще громче. Гарри опять растрепал волосы, поправил очки, вытащил палочку и произнес:
— Империо.
Гермиона охнула, а он заметил:
— У меня есть лицензия на все три Непростительных. Мне это не нравится, но у нас мало времени — я не могу ее сейчас успокаивать. Мисс Хупер, найдите нам неопознанное тело, желательно мужское.
Молли улыбнулась и пошла в другой конец просторного помещения, а Гарри обернулся и почти командным тоном произнес:
— Ты идешь ко мне домой. Берешь Джинни и детей — и отправляетесь на Косую аллею. Сегодня у вас шоппинг. Рон не знает, что у нас произошло, но он напишет за тебя объяснительную и предупредит секретаря. На работе ты сегодня не появлялась, весь день провела с Джинни. Ясно?
— Гарри, но…
— Хорек может быть опасен. Я, конечно, напомню, что его задница на свободе только благодаря мне, но тебе лучше подстраховаться — ты не была ни в министерстве, ни здесь. У вас шоппинг. Доверься мне.
И Гермиона подчинилась. Бросила взгляд на лежащего без движения Шерлока, очень похожего на мертвеца, и переместилась в дом Поттеров.
Совершенно черный, без единого просвета мир пульсировал алой, цвета крови, болью. Шерлок попытался открыть глаза, но не сумел — боль усилилась настолько, что он застонал.
— Тихо, пока подождите открывать глаза, — раздался сверху незнакомый мужской голос. Владельцу около тридцати пяти, и он… при попытке построить логическую цепочку в виски словно вкрутили шурупы.
К губам Шерлока прислонилось прохладное стекло, в рот потекла безвкусная жидкость.
— Глотайте, попытайтесь сделать это сами, — продолжил голос. Шерлок попытался, и с первым же глотком боль отступила.
Он допил лекарство и сумел открыть глаза. Мир качался, но вскоре более или менее стабилизировался, перед глазами Шерлока возникло незнакомое ему лицо. Хотя, пожалуй, не настолько незнакомое. Черные волосы торчат в разные стороны, словно хозяина ударило током, на носу — дурацкого вида круглые очки, на лбу едва заметна полоска зигзагообразного шрама. Подбородок решительно выступает вперед, сообщая о железной воле, надбровные дуги выдают человека действия, а не мысли.
— Вы… — прошептал Шерлок, едва ворочая языком, но мужчина не дал ему договорить:
— Гарри Поттер, и мы в доме на площади Гриммо, двенадцать. О моих детях, жене и вредных привычках поговорим потом — вам лучше помолчать еще хотя бы пару минут.
Шерлок хотел спросить, с чего Поттер взял, что он собирается говорить о его жене, детях и прочем, но промолчал — в конце концов, он действительно собирался об этом сказать.
— Это очевидно. Вы — мужская версия Гермионы, а, как известно, единственный способ не дать ей ничего сказать об исключениях из закона Гэмпа — самому назвать исключения из закона Гэмпа.
Поттер улыбнулся и отошел в сторону, пропав из поля зрения Шерлока.
— Я дал вам восстанавливающее зелье, через пару минут сможете встать. Душ и туалет — прямо по коридору, в остальные двери не заходите — ручки могут откусить вам пальцы. Ваша одежда на стуле, когда почувствуете, что можете двигаться — приводите себя в порядок и спускайтесь вниз, я буду ждать вас в столовой, — Поттер открыл дверь, а потом добавил: — и вам лучше не сбегать отсюда. Во-первых, охранные чары не пропустят. А во-вторых, у вас слишком сильное сотрясение мозга, чтобы бегать, а у меня слишком мало свободного времени, чтобы вас ловить.
Он вышел, и Шерлок снова закрыл глаза.
Сегодня утром он был готов умереть. До последнего искал другие варианты, пытался придумать пути отхода — но не находил. Мориарти загнал его в угол. Шерлок знал исход их встречи задолго до того, как поднялся на крышу, хотя и просчитался в главном. Он не сомневался, что дело в супер-коде, но все оказалось значительно проще. Шантаж, угрозы и три профессиональных убийцы, готовые в любой момент оборвать жизни Джона, миссис Хадсон и Лестрейда. Чтобы спасти их, он, Шерлок, должен был умереть. Причем не уйти в блеске славы, захватив с собой на тот свет парочку особо опасных преступников, а покончить с собой, будучи в глазах всего мира жалким мошенником. У него мелькнула небольшая надежда, когда он осознал, какую власть имеет над Мориарти — но она растаяла, едва он снес себе половину головы.