Гермиона наморщила лоб и потерла переносицу. Название было смутно-знакомым, но она не могла сказать, где и когда слышала его. Она уже собиралась спросить, что это такое, но ее отвлек болезненно-знакомый страшный звук — тихое звяканье часов. Шерлок снова был в смертельной опасности.
Гермиона застонала вслух и закрыла глаза. После его отъезда она приобрела несколько европейских порталов, но даже с их помощью не могла найти его — слишком большое расстояние их разделяло.
Майкрофт понял значение звяканья сразу, дернулся было за своим телефоном — и не достал. Он тоже не знал, где находится его брат.
— Мы можем что-нибудь предпринять? — спросил он спокойно, как будто говорил о погоде.
— Если я буду знать хотя бы примерное местоположение. Страну, местность — что угодно. Я не могу перемещаться на несколько сотен миль, — ответила Гермиона, но в этот момент ее (Шерлока) телефон засветился и зажужжал. Гермиона схватила его, неловко ткнула пальцем в экран, со второго раза попадая по надписи «Одно сообщение», и тут же подскочила из кресла. Шерлок написал именно то, что было нужно: «Беларусь».
Террористы, составлявшие большую часть сети Мориарти, к сожалению, были куда меньшими идиотами, чем полиция, которая их пыталась ловить. Так что обезвреживание групп оказалось даже более сложным делом, чем предполагал Шерлок. Он начал игру с поиска связей тех киллеров, которые должны были убить Джона, Лестрейда и миссис Хадсон — вызванные из разных стран, не знакомые друг с другом, они были едва заметными кончиками нитей из разных клубков.
Первой поддалась балтийская группа — менее чем через месяц Шерлок вышел на старичка-коллекционера, участника большой наркоторговой сети, а по совместительству агента Мориарти. В дела наркобизнеса он лезть не собирался — это махина, которую одному человеку не перевернуть, — поэтому сумел подобраться близко, не вызвав подозрений. От него ниточка потянулась дальше.
Это была выматывающая, тяжелая, болезненная игра, мало похожая на обычные игры с преступниками, даже такими, как сам Мориарти. Стоя на крыше рядом с врагом, Шерлок уверенно заявлял, что он, хоть и находится на стороне ангелов, сам — отнюдь не один из них, но в первый же месяц понял, что ошибся.
Он был консультирующим детективом, играющим в раскрытие преступлений и радующимся очередному трупу как новой загадке, а теперь был вынужден стать ликвидатором. Агентов Мориарти нельзя было просто передавать в руки властей, их нужно было уничтожать, «выжигать каленым железом», — цитируя Поттера. Требовалось либо физическое устранение, либо публичное разоблачение, после которого агенты не смогли бы вернуться к подпольной работе и избежать правосудия, даже предложив правоохранительным органам большую взятку.
До сих пор Шерлок убивал всего несколько раз, спасая свою жизнь, и однажды — вытаскивая Ту Женщину, и никогда — в таких масштабах.
Меняя имена и документы, заводя подчас очень странные знакомства, Шерлок успешно избавлялся от людей Мориарти, при этом не попадаясь на глаза полиции тех стран, в которых работал. Его скачки по западной и восточной Европе напоминали петляния бешеного зайца — опасаясь, что его действия могут просчитать, он перемещался произвольно, игнорируя законы логики. Не желая рисковать напрасно, он в рекордно-короткие сроки научился менять свой облик, внешность, манеры. Более того, он научился маскировать свою идеальную осанку выпускника Итона, поставленную на занятиях танцами и верховой ездой и вечно выдававшую его в трущобах Лондона, и не делиться своими наблюдениями и замечаниями с окружающими людьми. Джон был бы доволен последним пунктом.
Первый прокол в его до сих пор идеальной партии случился в Италии — один из людей Мориарти оказался членом ндрангеты, полулегального-полукриминального сообщества, влиянию которого вполне могла бы позавидовать знаменитая сицилийская «Коза Ностра». Шерлок был вынужден бежать.
Не просто менять страну, именно бежать, чувствуя спиной тяжелое дыхание преследователей, отрываясь от них буквально на день. Мысль вернуться в родную Британию, где люди Майкрофта легко устранили бы опасность, даже не пришла ему в голову — пока сеть Мориарти существует, он не собирался возвращаться домой. Европейские страны тоже не подходили — наверняка в той же Франции у ндрангеты есть свои люди.
Решение скрыться в Беларуси возникло спонтанно и показалось Шерлоку логичным и верным. Небольшая страна со слабыми связями, тяготеющая скорее к России, чем к Европе, экономически неразвитая и не имеющая значения на международной арене, она представлялась идеальным убежищем. Два часа полета Шерлок провел в Чертогах. Стену зала теперь занимала подробная карта Европы, усеянная разноцветными точками и флажками. Шерлок подошел к ней, ткнул пальцем в Италию, меняя цвет флажка, и довольно кивнул.
— Слишком самонадеянно, дорогой брат, — недовольно заметил Майкрофт со своей кафедры.
— Отнюдь, — возразил Шерлок. — Я просчитал все возможности.