Отец опустил руку:
– Слушай, Дим, я как-то не подумал, что ты будешь так…
– Уйди! Ты есть хотел, вот и иди!
Дима опустился на колени около гроба матери.
Отец Димы не смог ничего сказать. Постояв еще минуту, он ушел, закрыв за собой дверь.
Ко времени отъезда на похороны, Димин отец выглядел уже совсем другим – он был грустным и задумчивым, кажется, впервые за все время, что был женат на Диминой маме. Да, ее всю жизнь ненавидела его мать. А, собственно, за что? За то, что она была не из их круга, за то, что была простой учительницей. Он вдруг вспомнил, как мать изо дня в день изводила его своими придирками к Вере, матери Димы. И добилась-таки того, что он возненавидел жену.
И он уже готов был развестись, как внезапно жена сообщила ему, что беременна.
А дальше все было, как было. Бабушка Надя старалась убедить его, что пагубное влияние матери погубит в ребенке потомственного военного. И он, как умел, ограждал Диму от матери. До двух лет это было сделать очень сложно, а потом он вплотную занялся его воспитанием.
Владимир Евгеньевич сидел и пытался осознать, что он сделал не так? Внутри что-то свербело, но он не мог понять почему?! Хотя сейчас перед сыном ему было немного стыдно. Да, надо было раньше сказать ему и дать с матерью проститься. Она же ему мать. Он представил ситуацию со своей матерью и ужаснулся тому, что он наделал.
В квартире зазвонил городской телефон. Он знал, что это звонит его мать. Но ему совсем не хотелось разговаривать с нею. Не сейчас.
Самое страшное случилось на похоронах. Как только гроб положили в землю и начали закидывать его землей, Дима забился в истерике. Он рыдал не переставая. Кричал:
– Мама, не оставляй меня здесь одного! Мама, вернись! Мама!
Владимир Евгеньевич попытался взять сына за плечи, но тот вырвался, а затем… Затем случилось то, что навсегда останется в памяти Владимира Евгеньевича. Дима ударил его, а затем заорал:
– Ненавижу тебя! Это ты убил маму! Ты! Ты не давал ей любить меня!! Ты не давал мне любить ее! Это ты должен был умереть, а не она! Ненавижу тебя!
Затем Дима подбежал и обнял крышку гроба. Он рыдал так громко, что, наверное, это было слышно повсюду. Для Дмитрия Евгеньевича это было самым большим потрясением в жизни!
А Дима все кричал:
– Мама! Мамочка! Мамулечка, вернись! Я не хочу без тебя жить! Я не могу! Я совсем один! Мама! Я люблю тебя, мама! Мама!
Владимир Евгеньевич стоял неподвижно. Он просто не мог пошевелиться. И первый раз в жизни его глаза стали влажными.
Диму оттащили от могилы совсем другие люди. Это были родственники его мамы. Хотя им пришлось приложить к этому немало усилий. Двое взрослых мужиков не могли оторвать маленького худенького мальчика от гроба его матери. А когда это удалось сделать, толпа родственников жены столпилась вокруг Димы. А ребенок все плакал и плакал. Кто-то принес воды, кто-то – салфетки. Внезапно Дима вырвался из круга родственников, бросился опять в сторону могилы, но, пройдя несколько шагов, упал, потеряв сознание.
Все начали приводить Диму в чувство, но он никак не приходил в себя. Родственники вызвали скорую. Пока ехала скорая, Владимир Евгеньевич и еще несколько мужчин опустили и засыпали гроб землей. На той же скорой Владимир Евгеньевич уехал с сыном в больницу. Там поставили диагноз: нервный срыв. Но официально нигде это отмечено не было, чтобы не портить Диме дальнейшую карьеру. Хотя Владимир Евгеньевич и не был уверен, что теперь Дима вернется в кадетский корпус.
Но он сомневался напрасно.
Прошел месяц, Дима немного пришел в себя. И сам решил вернуться в кадетский корпус.
Позже, повзрослев, он поступил в лучший военный ВУЗ страны и был лучшим на своем курсе. Но с отцом долгое время он почти не общался.
Владимир Евгеньевич больше не женился. После случившегося на кладбище, он осознал ту ошибку, которую сделал много лет назад, когда поддался влиянию своей матери. Он ушел в отставку и занимался разведением сторожевых собак у себя на даче. Примерно курсе на третьем, когда Дима учился в военной академии, отношения с отцом немного смягчились. Дима видел, как отец переживает и осознает, что натворил непоправимое. Отношения не стали близкими или душевными, но и враждебными их назвать было нельзя. А вот с кем Дима порвал всяческое общение – это с бабушкой Надей. В старости бабушка предпринимала отчаянные попытки наладить с Димой хоть какое-то общение, но Дима лишь однажды с ней поговорил. Разговор был коротким. Он сказал, что во всем, что случилось, виновата именно она и что он ее никогда не простит за это. Он попросил ее оставить какие-либо попытки общения с ним, поскольку они никогда не будут успешными. В год окончания им ВУЗа бабка умерла. На похороны Дима не поехал.
