Она спустилась вниз. Теперь, после того как боеприпасы были подняты наружу, здесь было гораздо больше места. Здесь остались некоторые запасы воды и еды, валялась специальная крышка, которой можно было ненадолго закрыть вход, а также несколько автоматов Калашникова и пистолетов-пулеметов, обоймы к ним и небольшой экспериментальный огнемет.
Поскольку этот наблюдательный пункт был буквально врезан внутрь возвышенности, то это было идеальное место, чтобы спрятаться и наблюдать за тем, что происходит снаружи. Арина установила дублирующие видеомониторы взамен тех, которые разбились, когда она упала. Проверила видеонаблюдение.
Просматривалась не вся площадь, захваченная врагом, но возможность увидеть больше еще была – нужно было просто направить камеры в другие стороны. Большинство камер были в порядке, они не были еще замечены противником. Так что Арина повернула их так, чтобы ей стали лучше видны подходы к их позиции И начала методично просматривать изображения из пунктов наблюдения, периодически подбегая к бойцам наверху и корректируя их действия. Примерный подсчет количества врагов показал, что силы противника превосходят их как минимум вчетверо. Только внизу теперь было около пятидесяти человек.
Между тем, пока Арина носилась наверх и обратно, количество вражеских бойцов постепенно уменьшалось. В какой-то момент, просматривая данные, Арина заметила очень странную картину. Она не смогла сразу понять, что приковало ее внимание. Это было видео с самого дальнего угла скалы. Хотя там и была насыпь, но место было настолько крутое, что забраться именно в том месте наверх просто не представлялось возможным. Как раз там, совсем недалеко от того места, которое теперь просматривала Арина, находился лаз, через который Арина и бойцы при необходимости смогут выбраться вниз, из комнаты наблюдения, и незаметно уйти лесом к оставленной бронетехнике. Сделать это будет достаточно сложно, поскольку придется спрыгивать с большой высоты, но возможно. Подножие скалы было очень прочным, поэтому выход был прорыт в том месте, где заканчивались более мягкие горные породы.
Теперь же на экране оказался молодой мужчина. Как ни вглядывалась Арина, она не могла разобрать знаки отличия на его форме и не могла понять, какой страны этот солдат. Он пыталась забраться наверх. Вот сначала слева, а потом справа разорвались гранаты. «Молодец Алик!» – подумала Арина.
Она продолжала смотреть дальше. Вот человек пошатнулся, упал, потом поднялся и снова стал пытаться лезть наверх. «Что за фигня? Почему он лезет дальше? Как минимум он должен быть сейчас контужен».
Арина выбралась обратно и побежала против часовой стрелки импровизированного круга:
– Мальчики, соберитесь!
Бой начал походить на механические игры. Движения каждого за пятнадцать минут были отточены. Они все неплохо справлялись. Арина поглядывала на Игоря. Он кидал петарды и, казалось, был вполне в норме. Но какое-то чувство, какое-то беспокойство жгло грудь и шевелило волосы на затылке Арины. Она поежилась. Что-то не так. Арина обернулась, огляделась. Она пыталась понять, что именно теперь не так. Она упустила нечто, что уже отложилось на подкорке, но ещё не сформировалось окончательно. Что не так? Это Игорь? Она взглянула в его сторону. Игорь, да, вызывает и вопросы, и опасения. Но тут что-то другое. Что-то, что заставляет ежиться и вызывает желание спрятаться, забаррикадироваться и сидеть тише воды, ниже травы. Что не так? Ну, что?! Давай думай!!!
Она перебегала от точки к точке, периодически помогая бойцам стрелять из орудий и бросая гранаты. Поддерживала всеобщий хаос, который они устроили с ребятами, планомерно уничтожая врага, который подошёл уже очень близко.
Судя по всему, враги понесли некоторые потери, численность их поуменьшилась. И логично было бы, если бы они сейчас отступили, поменяли тактику. Но они почему-то отчаянно пытались взять эту точку. Они не отступали, а продолжали атаковать и пытались захватить их пост.
И тут в один миг Арина поняла, что именно ее так беспокоило. Нужная информация обрушилась на нее лавиной. Арина перестала отстреливаться и начала сопоставлять факты. На несколько минут она застывала на определенной точке и вслушивалась в длительность атак из того или иного орудия. Сопоставляя посекундно отрезки времени, в течение которых длились атаки и паузы между ними, несколько раз просчитав и запомнив протяженность атак и пауз, она наконец сложила головоломку и поняла.
Состояние ее было близко к шоковому.
Во-первых, большинство вражеских бойцов действовали слишком механически. И на атаку, и на паузу у них всегда уходило определенное количество секунд. Исключительно математическая последовательность.
