– Девушки абсолютно одинаковы, – говорил он. – Им нравится, когда об них вытирают ноги, когда с ними несправедливо плохо обращаются, но потом, и это самое важное, им необходимо некоторое время давать ласку, заботится, делать вид, что любишь. Ты можешь унижать девушку сколько угодно, но потом обязательно нужно сделаться белым и пушистым. Да, это жестоко, но, к сожалению, именно так это сегодня работает. Возможно, это пошло ещё из древности. Ты думаешь, наши предки знали что-то о романтике и хорошем обращение с девушками? Да они их по голове дубинами били и делали, что хотели! Вот и получается, что девушкам сегодня наплевать на тех, кому они действительно дороги, зато сами она осыпают любовью всяких подонков. Не все, конечно же, но напороться на именно девушку очень легко. Ты знаешь о правиле трёх дней?
Я помотал годовой.
– В общем, методика простая. Три дня ты беспрерывно общаешься с девушкой, говоришь ей комплименты, интересуешься её жизнью ну и так далее. А затем три дня игнорируешь её, не пишешь вообще, стараешься избегать в реальности. Девушка, разумеется, начинает нервничать и думать: а что случилось? Почему всё так резко поменялось? Ты заставляешь её думать о себе чаще, просто избегая общения и вынуждая её тоже прилагать усилия для сближения с тобой. Ты как бы показываешь свою независимость и личную жизнь, а девушка понимает, что ради тебя ей тоже необходимо шевелиться.
– Но я не могу так, Эдди, – вздохнул я. – Я хотел общаться с ней каждый день, понимаешь? Я бы так и делал, если б мог. Я боялся надоесть ей, но всё при первой же возможности писал ей. Не могу я игнорировать дорогого мне человека.
– А ты думаешь, что мне это легко давалось? Но это нужно. Посмотри – то, что мы с Софи теперь вместе, результат тактики трёх дней. Это работает, что с этим поделать?
Я промолчал. Конечно, Эдди знал о личной жизни и о девушках намного больше моего, так кто я такой, чтобы спорить и высказывать собственное мнение? История с Леной доказала, что я ни черта не понимаю ни в отношениях, ни в любви, ни в девушках. Что в этом плане я полная бездарность. А потому мне следовало заткнуться, засунуть своё мнение в вопросе девушек куда подальше, и молча слушать то, что мне говорит человек более опытный, тот, кто обладает кое-какими принципами, благодаря которым он, вероятно, нашёл действительно хорошую девушку, пока я остался с перебинтованной рукой и пустой грудной клеткой.
– Я тебе рассказывал о серьгах? – спросил Эдди.
Я помотал головой, а он рассказал мне, как года три назад ухаживал за девушкой, с которой познакомился в летнем лагере. Для Эдди это оказался первый опыт влюбленности:
– Я тогда был пухлым таким и наивным, – рассказывал он смеясь, закинув руки за голову. – Влюбился моментально, стоило мне только увидеть её, вот прям как у тебя с Леной было. И вроде как и она меня тоже полюбила, хотя на самом деле я просто был ей симпатичен. Я тоже ничего не понимал в этом, действовал под нахлынувшими эмоциями и вполне был доволен жизнью. Мы с ней начали встречаться, хотя в силу большого расстояния между нами иногда возникали трудности. Каждый день я писал ей, говорил, как сильно люблю, она мне отвечала тем же, и всё, вроде как, шло хорошо. И дарил я ей многое, то есть по полной старался показать, насколько сильны мои чувства. Однажды я ей и подарил эти самые серьги. Не помню точно, во сколько они мне обошлись, да это и не самое важное, но сумма действительно была для подростка моего возраста немаленькая. Я это говорю для того, чтобы ты понял, что я эти чертовы серьги не в "Вулворте" за пять долларов купил.
– Да понял я, понял! Дальше-то что было?
Эдди усмехнулся.
– Дальше? – переспросил он. – Дальше мы немного поссорились. Виноват был я, признаю. После ссоры мне стыдно стало, всё-таки я её любил по-настоящему. Решил извиниться, вернуть всё, но она не захотела. Просто сказала, что не хочет больше со мной общаться и всё. Попросила не писать ей и вообще постараться забыть. Я, конечно, удивлён был, принялся писать, как сильно я её люблю и всё такое, а ей плевать – просто отвечала, что больше ничего не чувствует. Я со временем смирился, перед этим выплакав немало слёз.
Эдди помолчал, а затем спросил:
– А знаешь, что потом было? Конечно не знаешь, я ведь не рассказывал.
– Ну?
– В общем, спустя несколько месяцев после нашего расставания мне подруга, которая общалась с ней, скидывает фотографию. А на ней какой-то высокий загорелый атлет держит на руках мою бывшую девушку.
– То есть…
– Погоди, это не всё. Помимо этого, подруга рассказала, что моя бывшая начала встречаться с этим парнем ещё до нашего расставания, а в обществе своих подруг поливала меня грязью, рассказывая, какой я плохой. То есть она променяла меня и при первой же возможности послала куда подальше. После всего. Да ещё и в черный список кинула. Правда, потом удалила, объяснив своим подругам, что не хотела, чтобы я был даже там. В компаниях друзей она строга запрещала говорить обо мне, а если кто-то и упоминал меня, то тут же настаивала на прекращении разговора и смене темы.
