Я немедленно напряг свою веру. Как тогда, с Безымянной, мне нужно было найти те аспекты моего мира, которые не хотели слияния. На первый взгляд Половинчатый человек был опаснее. Он действовал более агрессивно — на самом деле таким образом он ставил себя в уязвимое положение. Он был подобен дикому зверю, монстру, который бездумно бросается на свою жертву, даже если в руках последней — дробовик. Мне просто нужно было сохранить спокойствие, прицелиться и нажать на курок.
Секунду спустя передо мной стали проноситься образы, люди:
Ребёнок, который прячется под одеялом.
Поэт, который бежит за вдохновеньем в горы.
Странник, который ищет спокойствие среди природы.
Любовники, которые мечтают сбежать от целого мира и даже от самих себя, ибо любовь не терпит правды…
Каждый из них, точно выстрел, пробивал шкуру чёрного зверя, его глаженный костюм, и выбивал из него всё более отчаянный рёв.
Наконец монстр остановился и стал извиваться точно огромный чёрный слизень, которого бросили в морскую воду.
— В этом… ваша проблема, — прохрипел я, разглядывая его трепещущую тушу, в которой краснели ошмётки моего собственного тела. — Вы пытаетесь проецировать свой взгляд на мир и считаете его единственным верным, в то время как существуют другие люди… Ваши миры, утопии, которые хотите построить… Они…
Он вздрогнул, и вдруг перед ним вспыхнули тысячи зеркал. Однако, не успели в них проявиться отражения, как они стали плавиться в языках золотистого пламени, которое загорелось на моей ладони.
— … Все эти утопии не отличаются от камер в сумасшедшем доме. В них нет места для других людей. Только для вас и для ваших фантазий…
Пламя веры разгоралось всё ярче и ярче. Чёрная жижа плавилась прямо на глазах. Наконец в ней стали проглядываться человеческие очертания. Сперва я подумал, что это было очередное зеркало, но затем присмотрелся и понял, что это был он. В самом сердце Половинчатого человека, в Сердце кошмара находился он.
Фантазмагорикус.
Логично. Все мы были его производными.
Безумный король посмотрел на меня своими тёмными глазами, в которых отражалось золотистое пламя, и произнёс:
— Я предлагаю лучший мир.
— …
— Без войн, без конфликтов… Люди останутся… разными… но при этом будут знать, слышать, понимать друг друга…
— Не все на это согласны.
— Они неправы.
— Не нам решать.
— …
Он замолчал.
Спорить с ним было полезно. Опасно, но полезно. Вся Наша суть заключалась именно в безумной вере в правильность нашего мировоззрения. Поэтому, если получится её разрушить, Мы станем беззащитными. Половинчатого человека это касалось в первую очередь, ибо, проникая и поглощая чужое сознание, он подрывал, в том числе, своё собственное.
Я вытянул руку, и в ней появилась пылающая булава. В последнюю секунду у меня промелькнули сомнения. В данный момент Половинчатый представлял собой мою точную копию… Что если это действительно был Я, Моя душа? Что если это был его последний, самый смертоносный трюк, и сейчас Я собирался проломить свой собственный череп?
Ха… Есть только одни способ ответить на этот вопрос.
Я замахнулся и уже хотел со всей силы ударить его по голове… как вдруг остановился и протянул руку:
— Если так боишься непонимания, — сказал я. — Стань мной. Я пойму тебя.
Он посмотрел на меня своими глазами, которые напоминали чёрные бездны, приоткрыл губы, помялся и вздохнул:
— Пусть…
В его голосе звучало облегчение, как будто он был тысячелетним старцем, который наконец нашёл упокоение.
Секунду спустя его фигура стала рассыпаться в порывах призрачного ветра, превращаясь в чёрные вихри, которые проникали в моё сознание.
Больше всего Он… Мы боялись, что нас не поймут. Боялись конфликтов между людьми и надеялись разрешить последние, если все люди станут частью единого целого. Но при этом Он совершенно не думал про других. Его волновали только собственные страхи и желания. Он был эгоистом и теперь просто довёл свой эгоизм до предела. Ему стало всё равно на всех остальных. Он… Мы решили искать собственное благо.
Чёрные вихри, которые наполняли мою душу, состояли из мириадов песчинок, в каждой из которых были спрятаны тысячи лет воспоминаний. Стоило мне сосредоточиться, и я мог понять, как именно Мой предшественник обрёл своё безумие. Ведь раньше он был таким же, как и Я. Он тоже путешествовал между мирами и хотел остановить кошмар. А затем свернул не туда. Почему? Это была целая история. Это была трагедия длинной в десятки тысяч лет.
Возможно, причиной тому было время.
Возможно, я тоже захотел бы «исправить» мироздание, если бы воевал за него на протяжении тысячелетий. В таком случае мне повезло, что Они решили начать последнюю битву так скоро после моего пробуждения.
Я опустил руку, растираясь между пальцем чёрный песок, и прищурился на серый небосвод.
Другая битва тоже подходила к своему завершению.
Через вихри серого тумана проглядывалась огромная мышечная и мохнатая масса с головой плюшевого кролика, который стоял на коленях перед сотней тысяч маленьких девочек в розовых и голубых платьях.
Безымянные смотрели на него мутными серыми глазами.
