Стоило нам войти, как два невзрачных паренька с первым пушком под носом рванули на выход. Тут же из-за стойки высунулась не особо качественная маска. Вернее, я принял еë за маску. Но оказалось, что это было лицо администраторши, щедро замазанное дешёвой косметикой. Белое, будто отштукатуренное, с неестественным румянцем на щеках и ядовито красными губами. Злобные до колючести поросячьи глаза осмотрели нас, и немедленно из напомаженного рта-бантика прозвучал голос, похожий на гудок поезда.
— Мальчики! Тут к вам клиенты с пушками.
Мы не стали задерживаться и ждать каких-то мальчиков. Направились дальше. Я первый, Олег сразу за мной, целясь поверх моего плеча, а замыкал Лу, контролируя тыл.
Сложно было сдержать любопытство и не заглянуть хоть в одну из комнат. Там, в жуткой тесноте, где помещалась одна только кровать, я увидел жирное тело, прижимающее к постели миниатюрную азиатку. Девушка едва дышала и уже слегка отдавала в синеву, но стойко ждала, когда клиент завершит своё нелёгкое дело.
Больше я решил любопытству не потакать.
Мальчики появились в коридоре, когда мы миновали уже половину пути сквозь море похоти. Их было всего двое, и у каждого по лазерной винтовке. У одного руки протезированы, у другого кислотный шрам на пол лица и протез глаза. И всё без кожи. То ли деньги они тут все жалеют на подобный пустяк, то ли специально кичатся своим уродством, как дикари, я не мог понять. Но выглядели они отвратительный.
— Я левого, — произнёс Олег.
Всё было просто и понятно. Мы одновременно выпустили короткие очереди по своим целям и двинулись дальше, перешагнув через моментально вырубившиеся тела. Не обратили внимания, что музыка тут же стихла, сменившись криком. Плевать нам было и на то, что за нашими спинами началась шумиха, из каждой коморки вывалились голые клиенты и не менее голые работники. Все толкались, пинались, рвались к выходу.
Пара клиентов выскочили наперевес с пистолетами, видимо, решив, что мы по их душу, но никто им ничего объяснять не стал. При первой же попытке направить на нас свои пуколки Лу успокоил их двумя точными выстрелами.
И мы шли дальше.
По второй лестнице мы спустились до двадцатого этажа без задержек. Остановились, только когда услышали ленивое переругивание.
— Иси, что там? — шепотом спросил я.
Исида ответила почти сразу:
— Вы почти на месте. Этажи с девятнадцатого по семнадцатый занимает подпольная клиника по пересадке органов. Судя по всему, это охрана. Точнее сказать не могу.
— Понял.
Я принял решение, достал шашку со снотворным газом.
Прежде чем сорвать чеку, мы надели противогазы, что до сих пор болтались на шее. Маска и респиратор. Простенькое средство, которое вряд ли поможет от чего-нибудь более серьёзного.
Шашка полетела вниз рикошетом от стены, раздался кашель, но быстро стих. А мы продолжили свой путь до восемнадцатого этажа.
Нужная нам дверь оказалась распахнутой настежь, и оттуда уже доносились отрывистые команды. Нас ждали, можно было даже не сомневаться. И теперь снотворное становилось бесполезным.
— Олег, — я указал на дальний угол двери, сам занял позицию на ближнем.
Олег проскользнул мимо дверного проёма, попутно осмотрев, что происходит внутри. А затем показал, что там четыре человека. Я кивнул.
Надо было действовать стремительно. Я отсчитал три, и на пару с Олегом мы высунулись из укрытия.
В просторном зале, перегороженном белыми целлофановыми занавесками, находилось шесть больничных коек, и лишь одну из них занимал пациент. Паренёк с длинными волосами, накрытый по грудь одеялом.
Зато охранников, как оказалось, действительно было четыре. Жилистая девка со свирепым, но чертовски притягательным лицом и три бугая. Они все суетились, к чему-то готовились и на нас не сразу обратили внимание. Ошибка их стала роковой. Беглый огонь уложил всех, кроме командирши. Та бросилась куда-то вглубь зала.
— Ловкая какая, — удивился Олег и вопросительно посмотрел на меня. — Люблю таких.
— Ну, вперёд тогда.
Олег быстрыми мелкими шажками, не убирая приклада от плеча, поспешил за жертвой. А мы с Лу чуть медленнее двинулись вслед за ним, попутно разглядывая устаревшие медицинские аппараты и грязь, которой было здесь в избытке. В такой обстановке только операции проводить. Не от кривых рук недохирурга помрёт пациент, так от сотни-другой инфекций.
Не прошло и минуты, как я услышал голос Олега:
— Ух ты, какая злая.
И тут же ему в ответ прожужжали выстрелы лазерной винтовки.
— Тихо ты, не бузи. А то ноги вырву.
И ещё несколько выстрелов.
Мы с Лу переглянулись и бросились к товарищу на помощь. Но уже в следующей комнате оказалось, что помощь нужна скорее командирше. Олег зажал её в углу, вырвал винтовку и пытался схватить так, чтобы она перестала брыкаться.
— Какого чёрта ты делаешь? — спросил я, когда осмотрелся получше и понял, что опасности нет. — Выруби её и пойдём дальше.
— Прости, Влад, но уж больно хороша чертовка, — извинился Олег, увернувшись от очередного резкого удара коленкой промеж ног.
— Я сказал: выруби её, и двигаемся дальше. Что непонятного?
