За стенами Мерра воздух был намного свежее, прохладнее. Марк поплотнее затянул шнуровку на куртке. Поправил пояс, вскочил в седло. Всадники свернули с окружавшей Мерр каменной дороги на пыльный, истоптанный конями и изъезженный телегами тракт.
В нескольких десятках ярдов от стен Мерра, вдоль дороги расположились деревянные домики с соломенными крышами. Предместья. Крестьяне возделывали поля прямо под боком столичного града, продавая урожай на рынках и во время ярмаркок, и им не приходилось тащиться за десятки миль, чтобы превратить труд в поте лица в звонкие монеты.
Близился полдень. Солнце грело спину и правый бок. Кони шли резво, и не было нужды их подгонять. Над редкими вспышками светлых листьев клевера среди более темной травы гудели шмели. Один врезался в щеку Ирениаса, и тот чертыхнулся. Впрочем, насекомое не желало никого кусать, и улетело прочь.
В сотне ярдов от дороги одиноко стоял раскидистый дуб. Его ветви нависали над достаточно большой площадью, пряча ее от солнечных лучей. Под деревом и состоялся первый привал.
— С такими темпами мы за неделю точно не доберемся, — ворчливо заметил Кристиан.
— После обеда пойдем быстрее, — ответил Марк. Ему тоже не хотелось провести в дороге больше времени, чем они рассчитывали.
Лошади паслись невдалеке и на заявление никак не отреагировали.
Тракт был пуст, что и неудивительно. Крупных городов на севере не было, лишь несколько деревень в две-три улицы. Лошади шли рысью, в ряд. Каждый из всадников думал о чем-то своем, и над ними зависла тишина, нарушаемая лишь перестуком лошадиных копыт. Марк пытался вспомнить, не упоминал ли автор хоть каких-нибудь намеков на вход в святилище. Ничего определенного на ум не приходило, и оставалось надеяться, что задачка не окажется слишком сложной.
И так же не окажется, что проделанный путь к Великому лесу будет напрасен. Никаких гарантий, что Змеиный Перстень по-прежнему в святилище, у Марка не было.
Солнце алело на западе. Его косые лучи уже не грели. На ночлег остановились прямо посреди степи, в стороне от дороги. Вскоре стемнело.
— Какие звезды яркие, — Кристиан задрал голову. — В городе такого уже и не увидишь.
— Согласен, — мысленно кивнул Ирениас. — Чересчур много света на улицах, высокие крыши зданий — все это делает небо не таким выразительным. Не то, что здесь.
В северной части неба мигнула и погасла еще одна звезда.
Костер не разводили. Однообразный ужин напрочь лишил чувства голода. Марк упал в траву. Она пахла… хотя, чем еще может пахнуть трава в середине весны? Только зеленой травой. Ни горького запаха полыни, ни запаха недавно скошенного сена. Все это будет летом, когда солнце будет исправно и тщательно прогревать землю.
Охранять лошадей на первую половину ночи приставили Кристиана, а затем его должен был сменить Ирениас. Привязывать лошадей было не к чему, а за ночь животные могли разбрестись — Марк опасался, что за все то время, что лошади провели в конюшне, они так и не привыкли к своим новым хозяевам.
Шедшая на убыль луна плыла по небу, равнодушно наблюдая, как умиротворенно спит ленайец, привыкший к длительным походам и ночевкам под открытым небом. Как поджимает руки и ноги парень с Рыбачьих Островов, в попытках удержать тепло в теле. Как клюет носом имперец, истинный потомок населявших эту часть Антериана кочевников. Как спят лошади, стоя, опустив головы, изредка вздрагивая, шевеля ушами. Как носится над ними ветерок, качая высокие стебли травы, и срывая с них только-только начинающие собираться капли росы.
Марк открыл глаза, когда над ним начал разгораться рассвет. Лежать на земле было холодно. Холодно и сыро. Всю траву вокруг покрывали крупные капли. Островитянин приподнялся на локтях, и несколько росинок скатилось по его куртке. Вода не смогла промочить ее, пройти насквозь. В полумраке Марк различил сгорбившуюся фигуру мага, не отрывающую взгляда от трех лошадей. Казалось, прохлада утра была ему нипочем.
Марк поежился, зевнул в голос. Фигура приблизилась, бухнулась рядом. Словно из-под земли услышал он приглушенный голос:
— Когда соберетесь в путь, разбудишь меня. Еще есть немного времени.
И Марк принялся стеречь лошадей, которые и не думали никуда уходить.
Кристиана одежда не спасла. Он вымок и продрог, и теперь, сидя на лошади, бормотал проклятья, часть из которых все же достигала ушей его спутников сквозь достаточно громкий стук зубов.
— Ты можешь высушить мою одежду? — наконец обратился он к Ирениасу.
— Извини, но все, что я могу сейчас сделать — это поджарить тебе пятки.
— Ну так поджарь, забери тебя демоны Тьмы! Все лучше, чем мерзнуть.
Ленайец лишь пожал плечами.
— Да что ж ты за маг такой! — Кристиан слез с коня. — Давайте хоть костер разведем. Сил уже нет мерзнуть!
Вместо разведения костра Ирениас прицелился. Можно было этого и не делать, но Крис успокаиваться не желал, продолжая сквернословить. На дланях мага разгорелся огонь. Ирениас бросил два шара прямо в землю, по обеим сторонам от ругающегося парня. Кристиана окатило волной горячего воздуха, часть его одежды мгновенно высохла, а часть зашлась паром.
