Конец радуг полностью

– И я всю жизнь так прожил, Мири. Я женился на чудесной женщине, которая меня очень любила. Лена от меня натерпелась больше, чем Кара, и продолжалось это дольше. И хотя я потом ее выгнал, она в конце концов вернулась помочь мне в «Конце радуг». А теперь она тоже мертва. – Роберт опустил взгляд; на миг у него все вылетело из головы, кроме сожаления об утраченных возможностях. О чем бишь я? Ага. – И… мне кажется, ты обязана Хуану. Ты, конечно, обходишься с ним не так мерзко, как я. Но у тебя остаются шансы исправить положение.

Он посмотрел на Мири. Ее плечи обвисли. Девочка рвала салфетки в клочья.

– Мири, просто подумай об этом, ладно? Меня отсюда вперед ногами пока выносить не собираются.

Наконец она нарушила молчание:

– Роберт, ты когда-нибудь нарушал чистосердечное обещание?

А это еще откуда? Но не успел он рта раскрыть, как Мири добавила:

– Потому что я сейчас нарушила!

С этими словами она схватила коробку салфеток и вылетела из комнаты.

– Мири!

Но когда он выскочил в коридор, Мири уже исчезла в своей спальне.

Роберт на мгновение растерялся. Можно добежать до ее спальни и заколотить в дверь. Или послать сообщение.

Он повернулся, зашел обратно к себе – и увидел на столе, рядом с местом, где сидела Мири, золотистый огонек. Это был энум, открывавший канал ограниченного обмена сообщениями. Но Мири ему такой уже выдала, и не только такой. Он открыл золотой энум и посмотрел, что там.

Энум был настроен на Лену Льюэллин Гу.

Роберт просидел рядом с энумом почти полчаса. Он обследовал его. Изучил сопроводительную документацию. Все было так, как он и подозревал. Лена жива.

Физического адреса нет, но ей можно было отправить простое сообщение. У него ушло всего два часа на составление текста. Меньше двухсот слов. И были это самые важные слова из всех когда-либо написанных Робертом Гу.

Роберт в ту ночь не спал. Наступило утро, за ним день.

Ответа не было.

Прошло шесть недель.

Теперь Роберт чаще смотрел новости: жизнь научила его, что реальность кусается. Они с Мири сравнивали впечатления от увиденного. Рейды на окраинах мира, по-видимому, прекратились. Ходили слухи, что обнаружить ничего толком не удалось. Пробегали также слухи, а иногда и реальные новости, о скандалах в евросоюзовской, индийской и японской разведслужбах. Все сверхдержавы по-прежнему сильно нервничали из-за [вставьте здесь свою любимую сумасбродную теорию].

На домашнем фронте снова возник Боб! Из этого Роберт и Мири сделали вывод, что самые катастрофические теории, скорее всего, ошибочны. Другие же оставались неприятно правдоподобны. Боб действительно вышел из себя, узнав про Элис. В доме воцарилось напряжение. Роберт и Мири чуяли ожесточенную борьбу при закрытых дверях, выражавшуюся взглядами и многозначительными паузами. Мири годами училась расшифровывать такие сигналы. Она полагала, что Боб выразил протест докторам, что он пожаловался начальству. Но это ни к чему не привело. Элис продолжила тренировки.

В какой-то момент этой истории Хуан вернулся из Пуэбло. Мири о нем редко упоминала, но они снова стали общаться. Мальчишка теперь улыбался чаще.

Лена же… хранила молчание. Она была жива. Сообщения Роберта не отбрасывались, энум оставался доступен. Он словно говорил с безбрежной пустотой. Говорил и говорил, посылал сообщения ежедневно – и размышлял, что еще сделать.

Сю Сян уехала из «Конца радуг».

– Лена попросила меня уехать, – объяснила ему Сю. – Видимо, я на нее слишком надавила.

Но я теперь знаю, где она живет! Я могу туда отправиться. Я могу ей показать, насколько изменился.

А может, он тем самым лишь продемонстрирует, что изменился только в тех аспектах, которые для нее не важны. Поэтому Роберт избегал «Конца радуг» и не заглядывал туда через публичные камеры. Однако он продолжал писать ей. И часто размышлял вне дома, не наблюдает ли за ним, помимо спецслужб (эти-то наверняка, круглосуточно и ежедневно), еще кто-нибудь. И не простит ли она Роберта однажды.

Он с головой уходил в учебу. Столько всего нужно было узнать. А свободное от школы время отдавал Comms-R-Us. Они ценили его работу.