Сейчас ведь настоящий бум восточных единоборств: и всяких-разных псевдославянских, и чёрт знает каких ещё направлений. Был, помниться и у меня такой грех — целых полгода на первом курсе ходил на тренировки в стиле Джит Кун-До. Пока не сообразил, что не то, что не моё. А главное, количество тренирующихся непомерно растёт, формируются всё новые группы. Процветает наглое рвачество со стороны наставника. Да и не Джит Кун-До вовсе это было, как впоследствии оказалось. Но как же было отрадно чувствовать себя последователем великого Ли Чжэньфаня! Эх, молодо-зелено…
Куда ни плюнь, изо всех щелей сейчас повылазили разнообразные «гуру», «наставники», «учителя», «проповедники» и прочие кликуши с провидцами. Наряду с остальными, расцвёл принцип: «Что не запрещено, то разрешено». Время перемен лишь набирало обороты.
Что-то я опять разбурчался. То ли от усталости, а то и от голода. А картошечка хор-роша! Да ещё с крымским луком вприкуску. Опалённая жаром костра, с золой — никакой соли не нужно. Так и тает во рту. Это вам не мох трескать.
— …ну а третье перемещение в новую реальность я инициировал уже сам. С помощью одного неравнодушного Ремесленника. Вот теперь и таскаюсь здесь в поисках Демиурга и в надежде, что он согласится мне помочь. Вот только уже больше месяца не то что Демиурга, ни одного хотя бы завалящего анавра на горизонте не появилось. Твоё упоминание о них, к сожалению, пока первое и последнее, Лука, — со вздохом закончил я, потянувшись за солдатской фляжкой, в которой Андрей принёс для нас воду из родника.
— Нда-а…о чём-то подобном можно было догадаться с самого начала, Гаврила. Вернее, не так: не обо всём. Но ты мне сразу показался не совсем обычным парнем. И точно никак не соответствующим представленному возрасту. Надо же, оказывается, мы с тобой почти ровесники. Ты даже постарше меня будешь. Я вот много чего повидал в жизни, а тебе завидую. Первая мировая, Отечественная, фрицев бил, нашим помог! Уважаю… Каково это, кстати, путешествовать из тела в тело, из эпохи в эпоху?
— Знаешь, Лука. Как-то пока не задумывался об этом. В нескольких словах и не опишешь. Впечатлений много, разных, всяких. Да и ощущения…трудно передать словами, понимаешь? В физическом плане приятного мало. К тому же обдумать, осознать их ни времени, ни желания не было. Тебя просто затаскивает в омут событий и несёт по волнам приключений, большинство из которых ты бы в обычных условиях постарался избежать. А главная цель постоянно сверлит твой мозг и не даёт ни рук опустить, ни по сторонам толком оглядеться, — пожал я плечами.
— Да-а… Крепко же тебя на кукан эти, как ты их назвал, Хранители подцепили! Ты не думал, Гаврила, что в погоне за своей целью, ты её практически пережил? Даже не так. Изжил.
— Ты о том, что вернуть мою родную реальность в прежнее русло не удастся? Так мне об этом уже Смотрящие недвусмысленно намекнули. И не только они. В то же время объяснили возможность создания изолированной, закольцованной реальности, где мои родные останутся в живых и… — я немного замялся, так как на самом деле толком ещё и не думал о своей жизни после достижения желаемого. Тут бы Демиурга отыскать, а потом уже думать.
— Вот-вот, я как раз об этом, анавр! Хочешь сказать, что после всего того, что с тобой случилось, после всех изменений в восприятии мира, развития необычайных способностей, ты удовлетворишься жизнью в тихом закрытом месте с простыми смертными, пусть любимыми и родными людьми? Ты ведь даже рассказать им об этом толком не сможешь. Не получится! Вернее, если попробуешь, придётся доказывать. Например, демонстрировать свои способности. А значит — отдалиться, оттолкнуть, напугать… Не думал об этом?
— Это почему же, Лука? — возмутился я такой постановкой вопроса, тем не менее начиная понимать некую правоту его утверждений, — они поймут, должны понять…
— Твои способности, Гавр — мощнейшая сила, недоступная простым смертным. И это только те способности, о которых ты мне рассказал, — пристально глянул на меня Лука, — не забывай, я ведь был знаком с анаврами, один из которых мог перемещаться на огромные расстояния за считанные часы, а второй из деталей от старого запорожца, стиральной машины «Малютка» и радиоприёмника за ночь собирал автономно работающий вездеход с дистанционным управлением, который по пьяни мы утопили в Пионерском пруду. Но я о другом: такая сила не только помогает тебе выжить. Она пугает. Порождает бездну между тобой и остальными людьми. Ты не сможешь после её обретения вечно довольствоваться малым. Сила изменит тебя. Да уже изменила! Она всё равно найдёт выход. И дай Бог, чтобы она не ударила по твоим близким!
— Чушь! Я никогда не причиню зла жене и дочерям! — мне захотелось кричать от осознания ядовитой правды в словах Луки, которую до сегодняшнего дня пытался гнать из своей головы.
— А никто и не говорит о прямом вреде, Гавр. Ты ведь, сам того не понимая, уже навредил им, согласись?
— Чем? — опешил я.
