Они везде – по всему периметру моста. Кто-то приземлился неудачно и лежит с переломами на бетоне. Но многим из них удается подняться и присоединиться к тем, чья посадка прошла успешно. С ранами и в крови, прикрывая глаза и уши, они все равно смогут убить тех, кто окажется рядом.
Это начало резни. Люди уносят ноги, либо отчаянно борются. В такой суматохе снайперы рискуют попасть в нас и потому прекращают стрельбу. Огонь на мосту нанесет потери нашим рядам, а ангелы, оставшиеся наверху, вне досягаемости пуль.
Клинки наши враги не достают. Возможно, помнят о маленьком трюке, который я провернула, обезоружив целую стаю своим мечом, которым, кстати, уже не владею. Или дело в излишней самоуверенности.
В подобной схватке ангелов не победить. Наземная команда готова была сразиться с теми, кто прорвется сквозь обстрел или, будучи раненым, упадет не в залив, а на мост – но не с целой же вражеской стаей! Сжатые сроки не позволили продумать все варианты – такой поворот мы не учли.
Ангелы не сдерживают ярости – они забивают людей до потери сознания, ломают спины наших солдат и швыряют трупы с моста. Стрелки плюют на риск зацепить кого-то из нашей команды и начинают палить во врага из винтовок и револьверов.
Ко мне приближается воин, и я поднимаю повыше нож. По сравнению с мечом, которого я лишилась, он кажется хрупкой иголкой. Не знаю, видит меня этот ангел или вконец ослеп, но на его свирепом лице отражается жажда убийства. Он намерен кого-то прикончить. Вопрос только в том – кого.
Если мне повезет, я смогу его побороть, и, наверное, справлюсь с тем, кто придет за ним, но надолго меня не хватит. А «надолго» я называю ближайшие десять минут.
Кажется, мы облажались.
Мы понимали, на что идем, но мне оттого не легче. Мы знали, что шансы выжить равны нулю, но когда смерть смотрит тебе в глаза – ты обо всем забываешь.
Я готова биться до последнего, но руки дрожат и едва ли мне подчиняются. Я не смогу эффективно драться, если сейчас же не успокоюсь. Но во мне слишком много адреналина, он сводит меня с ума.
Пока я пытаюсь избрать адекватную стратегию боя и пробегаю по всем своим вариантам, боковое зрение улавливает движение. Еще один ангел крадется ко мне со спины. Златокрылый, с точеным лицом и ледяными глазами убийцы.
Еще до того, как я понимаю, что мне конец, врага заслоняют крылья белее снега.
Раффи.
И с ним пара Хранителей.
Пульс подскакивает, хотя я думала, что сердце и так выжимает свой максимум. Раффи повернут ко мне спиной, будто уверен, что я на него не нападу, несмотря на наш статус врагов.
Он бьет кулаком моего противника, а затем скидывает его со сцены.
Я выдыхаю. Облегчение накрывает меня с головой, посылает дрожь в ладони. Раффи выступил против ангелов, не стал трогать людей.
Он обнажает меч и готов меня защищать. Я разворачиваюсь ко второму нападающему и наношу ему пару ударов ножом. Хранители встают по бокам, теперь мы прикрыты со всех сторон.
Ангел, с которым сражаюсь я, уклоняется от лезвия, но подсечки не избегает – он с грохотом падает вниз. Наши враги не привыкли к борьбе на ногах.
Поверженный ангел откатывается подальше и вслепую ищет новую жертву.
Раффи оглядывается на меня.
Его лицо впервые не кажется мне совершенным.
Он щурится от рези в глазах и часто моргает.
Но все равно пришел мне помочь.
Несмотря на кошмарный рев и ослепляющий свет. Он пришел.
Я лезу в карман и достаю пригоршню берушей. Раффи недоуменно глядит на оранжевые затычки, лежащие на ладони, затем поднимает взгляд на меня. Подцепив одну из них, я вставляю ее в его ухо.
Он все понимает и проделывает то же самое со второй. Я знаю, берушами ему не обойтись, но они хотя бы немного притупят звук. Так и есть: лицо Раффи слегка расслабляется. Он кивает Хранителям, и те берут у меня по паре затычек.
Я на секунду заключаю Раффи в объятия. Мне не важно, что нас могут увидеть. Но Раффи не так беспечен, как я.
В подтверждении моих мыслей он поднимает глаза к небу. Хранители, а с ними и адские твари, держатся подальше от битвы, там, где шум не настолько мощен. За ними – крылатая публика. Возможно, это просто мое воображение, но от их ледяных неодобрительных взглядов по коже бежит мороз.
Раффи смело ринулся вниз, но не ради охоты, а чтобы спасти людей. И ангелы это видят.
Глядя на Хранителей, он делает вращающий жест. Те кивают.
Затем взмывают повыше и повторяют его оставшимся членам команды.
В следующий момент, невзирая на кошмарный грохот и яркие лучи прожекторов, Хранители спускаются к нам и приземляются в разных точках моста.
Столкнувшись друг с другом, ангелы и Хранители напоминают бродячих котов, не поделивших улицу. Нахохлившись, они раскрывают пошире крылья, отчего те кажутся больше, а перья уподобляются острым шипам.
Поначалу наши бойцы принимают Хранителей за вражеское подкрепление, они отступают и становятся в оборонительные позиции. Но увидев, что те атакуют ангелов Уриила, застывают на пару мгновений, наблюдая за этой картиной, пораскрывав рты.
