- А вот эта вот, грибная скулька, она ещё разрешена? - спросил Тёмногонь, падкий на разного рода психоделики.
- Не. После того, как Братья подали жалобу на действие грибов для армии там, на подростков и всё такое, совет запретил производить и продавать грибы. Особенно на запрет повлияли жёны и матери, обычное дело.
- А что, хочешь опробовать? - Черногоре со смешком хлопнул Тёмногоня по плечу.
- Слушай, ну от таких вещей тяжело отказаться. - ответил Тёмногонь, доставая из внутреннего кармана своей джинсовой куртки без рукавов, украшенную различными нашивками и заклёпками, небольшой свёрток с каким-то порошком, который рокер закидывал в нос примерно каждые несколько часов, с перерывом на скульку и портативный дымоход, сжигающий контрабандный табак с помощью какой-то нагревательной системы.
- Помню, в Степном Роге когда был, заходили мы в одну пивную, так там нам из под полы дали по стакану скульки этой на грибах, в обмен на наш, тоже теперь запрещённый, травяной пузырь. Штука отменная, эта грибная скулька. - добавил Злыня.
- А что за травяной пузырь? - спросил Чернижка. - Про грибнуху я знаю...
- Да-да, что за травяной пузырь? - Тёмногонь слегка ускорился, потирая нос.
- Настойка такая, в крах моих делается. - объяснял наш жрец, поглаживая Смгура. - Вырываются особые сорта травы, растущей на священных полях, где когда-либо разверзались небеса и боги играли музыку. Эти сборы смешиваются с кровью ворона, для мягкости и длани, а дальше либо высушиваются и курятся через трубки из костей воронов или бессмертных, либо, если ты хочешь заглянуть дальше развлечений и погрузиться в сознание наших богов и сотворённого ими мира, то стоит сделать настойку. Её можно закрафтить на обычной черноводе и скулечном спирте, но если тебе удастся добыть мёртвую воду, или же, что ещё лучше, достать кровь только что убиенного неживого, то боги воздадут тебе истинно благостный трип.
- Что же, надо проверить, лучше ли ваши бадяги, чем порошкошин моей Империи. - Тёмногонь положил руку на плечо Чернижки, который просяще протянул руку за дымоходом рокера.
- Слушай, Дубобит, может у тебя тут тоже в городище есть где найти старую добрую грибнуху? - вопрошал Черногоре.
- Ну, в принципе, есть у меня друг, который, по крайней мере, когда я уезжал из дома в последний раз, пил грибнуху чуть ли не каждый день. Я могу найти его и расспросить.
- Только если вдруг найдёшь, нам скажи. - сказал Черногоре и посмотрел на сидящих в этой повозке.
- Я бы не отказался чем-то вставиться после этой больнички. - слегка подтягиваясь на скамейке оповещал я о своём согласии вписаться.
- Я был бы не прочь повторить грибное опьянение.- Злыня достал из кармана корм и принялся кормить своего ворона, а на лице его читалось предвкушение чего-то интересного. - Только в этот раз настойки у меня нет, так что на мою взятку можете не рассчитывать.
- И я бы пошёл. - ответил только что оторвавшийся от видов Чернижка, пуская пар за повозку.
- Грешные это всё пития, они от богов отдаляют, хвастовству собственной головы учат. - внезапно вмешался какой-то жрец, всё это время слушающий наш разговор.
- Остынь братец, что ты заладил, боги да боги, не увидят ничего боги твои. - успокаивал земляка Злыня.
- Боги всё видят. - поднял палец вверх жрец и покрутил им.
- Они видят потому, что ты об этом думаешь и этого хочешь. "Боги видят". Да и пусть видят. Они мне не платят за то чтобы я не пил.
- Я уважаю твою прилежность Подземному Метал-Богу за твоё восхваление богатства как дара богов, но я всё же несколько раз обдумал, прежде чем принять это предложение, и вам советую одуматься.
- Нахрен богов, мне нужна кружка грибнухи! - затрясся молодой Чернижка, совсем недавно получивший права совершеннолетнего.
- Ладно, спрошу у друга, он живёт у стены внутри города. Главное, чтобы пустили.
В унисон словам Дубобита ворота раскрылись, и из-за стен показалась делегация из двух выборных тысяцких, выполнявших роль городской власти, старый и молодой, за ними вышли городской воевода, казначей и судья. Далее на стальконе двигался сторож. Чревосмерть дал знак остановить повозки, распластавшиеся в три ряда, не считая первой повозки, слез и пошёл им навстречу вместе со своим оружейником, двумя хранителями монет, и тремя воеводами, каждый из которых отвечал за свою часть Войска. Встретились они по обычаям братьев: ударились, будто молотками, предплечьями правых рук, поднятыми на уровне груди, а затем обнялись, похлопав друг друга по одной из лопаток. Более сложный метод традиционного знакомства по сравнению с нашим племенным рукопожатием, но проще чем жреческие приветствие с поклонениями, возданиями рук и какими-то кистевыми узорами-знаками, каждый из которых отличается в зависимости от области и поклонения одному из богов как центральному. Молодой тысяцкий говорил чаще и более эмоционально, но поглядывал на старого тысяцкого, который в основном молчал и периодически то кивал, то двигал плечами, то мотал головой. Разговор тянулся дольше обычного.
- Только не говорите, что ночлежки не будет... - заволновался Дубобит.
