- Мы что, всего за полтора часа так накидались? - спросил я.
- Не, я же, помимо этого, пока обговорил там всё со сводницей, пока мы дошли до храма глэма, а это, между прочим, где-то в двух кварталах отсюда, пока я выбрал любовниц, пока одна из студий освободилась... Короче, думаю, можно часок на эти полтора накинуть.
- Ну, так больше сходится.
- Хорош, Чернижка. - похлопал по плечу мальца Тёмногонь, но быстро прервался, выкатив глаза от своей забывчивости. Чернижка посмотрел на него испуганным и укоризненным взглядом. Затем, немного погодя, Тёмногонь продолжил. - Сразу с двумя.
- Ну так. - Чернижка по-юношески бахвалился физиономией, и всем своим телом показывал, как ему льстят хвалебные отзывы в вопросах детородной выносливости.
- А чего, ты их сам удовлетворял, или они ещё друг с другом игрались? - у Тёмногоня открылся неестественный для него в обычное время интерес к плотским утехам. Думаю, это из-за выброса адреналина. Его чуткость к ебле и всему, что с ней связано, всегда повышалась у него либо после боёв, либо при высокой концентрации алкоголя, и прочих рокерских стимуляторов, которые он потреблял как воздух.
- Ну, вообще поначалу они обе встали на колени и... - Чернижка начал воспроизводить свои недавние воспоминания.
Но, будучи в режиме максимальной концентрации, как это бывает во время боёв, особенно когда идёт линейная перестрелка перед столкновением, я их не слушал, поэтому вставил свои переживания, тем самым потревожив полёт воспоминаний с примесью фантазий своего друга:
- Нам нужно уходить отсюда. Скорее всего они сейчас ушли достаточно далеко от нашего изначального пути. Нужно идти обратной дорогой, пока они к ней не вернулись.
Чернижка недовольно махнул руками. Тёмногонь быстро вернулся в режим холодного рассудка.
- А если они уже кого-то подговорили подождать нас на Нижней Вурдагубской? Или кто-то из них остался стоять там?
- Разумно. Но я видел левый переулок на втором повороте. Если мы пойдём по нему, то как раз выйдем в сторону ювелирки, а оттуда сможем дойти по вчерашней дороге до ворот.
- Рискованно. - Чернижка всё ещё выдавал недовольные гримасы.
- Есть другой план? - спросил я.
- Можем отсидеться здесь, а ближе к сумеркам, в тени, вырваться из города.
- А как же грибовушное путешествие? - негодующе напомнил Тёмногонь.
- А, точно, совсем забыл... Ну и хрен с ним, сейчас есть вещи посерьёзнее.
- Хрен с ним? Да уж лучше хрен с тобой. - Тёмногонь повысил голос, но резко опешил и перешёл обратно на шепот. - Когда мы ещё сможем закинуться грибнухой? Может, мы вообще останемся в полях во время ближайшего боя на приграничной территории.
- Ну ладно-ладно, чего ты сразу краски сгущаешь?
- Я? Сгущаю краски? Мы так-то занимаемся тем, что чаще ходим под пулями и сталью, чем это всё. - Тёмногонь указал рукой вокруг себя и надрывался шёпотом, чтобы передать свои эмоции. - Неужели ты не живёшь постоянной мыслью о том, что мы буквально всегда на волоске от гибели? У нас смертельный билет буквально к носу приклеен, а ты думаешь о том, как бы не получить от безоружных обывателей и пропустить галлюциногенную тусовку со своими товарищами, которых через неделю-другую ты можешь навеки потерять? Или...
- Да всё-всё, блин. Заладил. - Чернижка еле сдержал свой приглушённый голос. - Хорошо, пошли обойдём. Но если нам что-то переломают, а потом ещё и повесят за неуставные действия... возьмёте на себя эти грехи перед вратами Метал-Бога.
Я посмотрел на него, затем на Тёмногоня, тот выказал мне свою готовность, и я начал потихоньку вылезать из ограждения.
- Конечно, расскажем всё твоему божку-пирожку. - Тёмногонь слегка толкал Чернижку в плечо, чтобы тот вставал в цепочку за мной, так мой соплеменник как был посередине.
- Грешник ты. И безбожник! - Чернижка пододвинулся максимально близко ко мне и принял удобное положение, чтобы по готовности перейти в режим скрытного бега. - Вы, с вашими технологиями, возомнили сами себя богами, и теперь молитесь лишь на материальные и пустые вещи. Не ровен час, как вашу Империю Рока уже будет не отличить от Поп-Империи и Организации Золотого Тельца.
- А ваш молодняк сейчас весь такой реакционный? - Тёмногонь с ухмылкой обратился ко мне.
Но я его не слушал. Максимально напрягая свои уши, я переключал с помощью нейронов бас-бустеры на распознавание звуковых волн. Низкие частоты... высокие частоты... Волны... Вибрации на дороге... В диапазоне пятидесяти метров их не было. Я подал знак своим товарищам и пошёл налево.
Голова постепенно начинала ныть, напоминание о всё ещё не восстановившемся до конца организме. Использование биомеханизмов ради обострения чувств в принципе приводит к дискомфорту и изнашивает организм, а когда в тебе ковырялись так недавно, что не прошло и недели... Ну, в таком случае, дискомфорт приходит в разы быстрее и чувствуется в разы сильнее. Я старался не придавать этой нарастающей ноющей боли значения, а концентрироваться на дороге и слухе.
