— Вы только посмотрите, а где же его тыква? Что за странная бежевая штука на костях, и что это так громко стучит в груди, там что, паразит какой-то засел? — Спрашивали другие, окружая гостя.
— Так давайте его вылечим! — Предложила одна, и остальные тут же подхватили.
— Содрать кожу!
— Закопать на грядке!
— Подарить новую голову!
— На костер его, однозначно на костер!
Жители дома ухватили незнакомца за руки и ноги, потянули в разные стороны, не могли решить, кто и что должен сделать. Как вдруг вспомнили, что до конца Хэллоуина остались считанные минуты, тогда решили посадить в клетку и разобраться по возвращению. Свершив задуманное, толпа понеслась к воротам, а Джек подошел к Томи, достал свой ключ и открыл клетку.
— Сам ты, Том, дурак, полез куда не надо, я уж с ними и так и эдак развлекался, лишь бы ты смог уйти, зачем было так долго сидеть?
— Они не твои друзья, не с ними ты конфеты собрал! — Заливаясь слезами ответил товарищ. — Поменял меня на какие-то буряки!
— А как ты хотел? — Удивился Джек. — Сам меня отдал Свечнице, еще и причитает.
— Я лишь хотел, чтобы ты не был мертвым, и чтобы все было как раньше.
— Теперь не мертвый, доволен? А как раньше уже не будет, люди по ту сторону нас не видят, мы их тоже, толку жить среди людей… Или ты хочешь с нами остаться?
Томми промолчал. Друг вытянул его из клетки и оставил ключ, вместе они пробежались по горе, болоту и полям, а как вышли за ворота, так и расстались. Тыквы бегали по городу, несли шалости, подымали ветра и стучали по окнам, гонялись за листвой. Люди свое уже отгуляли, большинство спало, у них свой мир и свои законы.
Сам не зная как, Том добрался до дома, прошел мимо спящих родителей и вернулся в свою кровать. На утро школьник обнаружил тот самый ключ, что всю ночь сжимал в руке — самое настоящее ребро. Не веря своим снам, малыш побежал к тому самому дереву и открыл его, но никакой дороги не было, только кладовка, наполненная конфетами.
С тех пор Томми мог приходить каждый день и набирать сколько угодно сладостей, вот только на Хэллоуин, когда вкусное было нужнее всего, кладовка превращалась в дорогу к дому тыквоголовых, и сунуться туда означало бы погибнуть. Решился ли когда-то малыш открыть проход тридцать первого, чтобы повидать друга? Не знаю, но и той чудесии, которою он пережил, хватило на многие годы.
