Я бы начал прямо сейчас, пока чудище обездвижено, но решил посмотреть к чему приведут переговоры. Всё-таки человекоподобная паучиха была ниточкой к прошлому Хельги. Правда мои надежды узнать нечто новое не оправдались, они просто замерли друг напротив друга. Уж не знаю о чём шла мысленная беседа, но содержание явно не нравилось монстру. Её лапы немного подергивались, пытаясь высвободиться из плена, а поза нашей переговорщицы становилась всё напряжëннее. Время шло, но ничего не менялось в лучшую сторону. Фиона с Аней встали рядом со мной, готовые помочь. Я не сильно рассчитывал на них, но оценил порыв командной работы. Хоть не придётся собирать девушек по всему подземелью, если понадобится срочно уносить ноги.
Хельга оказалась не всесильной и не справилась с подчинением паучихи. Девушка резко обмякла и начала заваливаться назад. В этот же момент раздался нечеловеческий вопль и передние конечности чудовища устремились к своей жертве. Используя всю свою скорость, я устремился наперерез, стараясь предотвратить смертельную атаку. Мне не хватило силы полностью перехватить удар, но смог увести его в сторону. Паучиха, не ожидавшая от меня такой прыти, запуталась в собственных лапах и неуклюже завалилась набок, открывая мягкое брюхо, не защищённое хитином. Я воспользовался моментом и потратил последние силы на энергетический выброс, стремясь как минимум взболтать её внутренности. Взрыв достиг своей цели, но ударная волна оказалась слишком слабой, сказалось разделявшее нас расстояние и малое количество вложенной силы. Противник был ошеломлён, но не повержен. Фиона с Аней попытались вмешаться, но были отброшены начавшим приходить в себя монстром.
— Хватайте Хельгу и бегите! — Прокричал я девушкам.
Выиграть им время для побега — единственное что пришло мне в голову. Не тот противник, с которым мы бы могли справиться текущими силами. Приходилось трезво оценивать наши возможности и выводы не внушали оптимизма. Добраться до пистолета я уже не успевал, да и далеко не факт, что он бы значительно изменил ситуацию. Всё-таки разрушительная способность пули была недостаточно велика, а гуманоидная часть чудовища прикрывалась бронёй. Здесь бы пригодился гранатомёт, но как-то не догадался прихватить его с собой. В груди нарастало ноющее чувство, вызванное опустошенным источником. Слабость постепенно разливалась по телу, лишая сил сопротивляться. Убедившись, что девушки послушались моих слов без возражений и уже поднимали Хельгу, я встал между ними и чудовищем, преграждая путь. Было сложно не показывать накатывающую усталость, но я справился. Продержусь как-нибудь до того момента, когда мои напарницы отойдут подальше.
Паучиха тоже находилась не в лучшей форме, хоть и поднялась на лапы. Кажется я ей что-то повредил внутри, если судить по неуверенно покачивающемуся телу. Мало кому идёт на пользу взбалтывание внутренностей. Мне удалось встретиться с ней взглядом. Металлический шлем полностью закрывал лицо, но в прорезях были видны глаза, полные злости и боли. Ей пришлось пройти через массу неприятных и болезненных ощущений, чтобы принять свой текущий облик и вряд ли это происходило по собственному желанию. В чём-то мне даже было еë жаль, но судьба свела нас на противоборствующих сторонах, не оставляя возможности для сострадания.
— Уходи, между нами нет вражды. — Предпринял я последнюю попытку мирно разрешить ситуацию.
Мне, на краткий миг, показалось, что может сработать, но секундное раздумье паучихи перешло в яростную атаку. Она немного потеряла в скорости и силе, но не настолько, чтобы мы оказались на одном уровне. От первых ударов мне ещё удалось увернуться и даже ответить, правда не пробив защищающий конечности хитин, а вот дальше пришлось задействовать весь свой максимум возможностей. Я крутился на пределе, стараясь выиграть время, уворачивался, контратаковал, но всё это было лишь отсрочкой закономерного итога. В какой-то момент силы оставили меня, источник больше не подпитывал мышцы, рука разжалась и топор выпал из ладони, жалобно звякнув об каменный пол. Я обернулся и не увидел своей команды, пламя огненного меча не попало в поле зрения. Собрались с духом и ушли, хоть раз послушавшись моих слов и сделав так, как просил. Умницы, не дали моему решению быть напрасным.
Я ждал того самого смертельного удара, но его не случилось. Паучиха просто остановилась напротив и подогнула передние лапы так, чтобы наши лица были на одной высоте. Она подняла человеческие руки вверх и стянула шлем, явив моему взгляду свой текущий облик. Я бы даже назвал её красивой, если не брать во внимание чудовищную половину туловища. Правильных форм лицо обрамлялось чёрными прямыми волосами, струящимися вниз до середины лопаток. Миловидность внешности не портили множественные шрамы, пересекавшие лоб, скулы и уходящие к шее. Её словно ударили огромной когтистой лапой, прочертившей следы на некогда идеальном лице.
— Не боишься меня? — Спросила она на эльфийском.
