Там было очень много народу. Все куда-то собирались перед праздниками: в Москву, Петербург, на море, за рубеж.
Арсен издалека увидел, что Аэлита стоит в тесном кругу, облепленная разными людьми. Чуть поодаль с небольшим дорожным кейсом посматривал в её сторону Тутти, также по-летнему одетый в джинсы и футболку. Стэнли разговаривал с кем-то в форме, видимо, работником аэропорта.
Все хотели пожелать доброго пути Золотаревой. Кому-то она успела скинуть смс-ку, но большинство её знакомых прибежали, услышав быстро распространившийся слух.
Аэлита уезжает в Америку учиться по обмену в рамках ежегодной студенческой программы. Странно, она ведь чуть не бросила институт, не успевая по работе. А теперь всё очень срочно. Или сегодня, или никогда. Она улетит со своим научным руководителем и его сотрудником. Говорят, что её специальность будет связана с менеджментом и управлением персоналом в международных отношениях. Она-то? Вроде и подходит и не подходит. Ведь она никогда не входила в число блестящих студентов. Связи? Из обычной семьи, бывают и покруче. Наверное, тайно давно собирала материалы и искала соответствующую информацию. Но эта маленькая делегация прибыла в их маленький городок, чтобы лично забрать её с собой.
Родители девушки были и несказанно рады, ведь они уже стали привыкать к мысли, что их единственная дочь постепенно прекратит обучение и посвятит себя работе и семье. С другой стороны, для них это было так внезапно, что они оба немножко плакали и смеялись от волнения, засосывая в её маленькую дорожную сумку кое-какие личные вещи, завтрак и блокнот с контактами, чтобы она не теряла связь со всеми: она такая растеряша. Аэл при прибытии с моря Лаптевых остановилась в доме родных.
Также на неё чуть ли не налегали её подруги с двух джобов, однокурсники, одноклассники, коллеги и вообще все, кому не лень было припереться сюда этим вечером.
Колобочек, разумеется, тоже присутствовал. Арсен видел, как она обнимала его, как плюшевого мишку и целовала в обе щёчки, а он выглядел немного испуганным и растеряным и не знал, что сказать.
Чиполлинка, какая же ты луковичка. Вон какая куча людей тебя любит. Ни проехать ни пройти.
Однако, Далила пробилась.
– Аэлита.
– Тётушка!
Аэл кинулась к Лил, успокоив её своим привычным поведением.
– Аэлита. Это ты?
– Это я.
– Так быстро. Когда ты приедешь обратно?
– Не знаю. Но думаю через три месяца меня уже ничто не сможет остановить, и я обязательно приеду обратно.
– Так коротко не учатся.
– Мне положены каникулы. Ведь я давно не была студентом. С меня другой спрос.
– Крошка. Я буду скучать.
– Я тоже, тётушка!
Хрисанф немного отодвинул очередь, чтобы подружки могли чуток поворковать без лишних глаз и ушей. Он не расслышал, о чём они говорили, поскольку минут через пять, Аэл толкнула его в спину.
– Дядюшка Хрисанфий.
Выглядит вполне безобидно, разве что от смущения держится не слишком громко.
– Ну что, старушка, встаём на крыло.
– Так точно.
Аэл приставила пальцы к козырьку.
– Вольно. Ну, удачи тебе, крёстная.
– Дядя.
– Да, принцесса.
– Простите, что обидела.
– Кажется, я хотел бы чтобы мы оставались на ты.
Девушка засмеялась также, как и раньше, когда разговаривала с ним.
– Но в следующий раз наверное мне придётся отдавать честь.
– Только в рамках приличия. Не сердись на меня, Хрисанф. Я только поняла, что если хочу посмотреть в зеркало, мне просто стоит посмотреть на тебя (с неуловимой горечью и тотально-ответственной обреченностью в голосе).
– Не утрируй, дюймовочка моя.
Агний слегка прикоснулся её плеч и прошептал в ухо.
– Всё будет хорошо.
Он отвёл супругу в сторону подальше от оравы желающих, хотя бы дотронуться кусочка драгоценного пуховика. Пассажиры уже поднимались по трапу, Тутти устроился возле иллюминатора, нацепив наушники и забив место для своей спутницы. Стэн, не обращая внимания ни на кого, восторженно говорил по телефону.
Волна зевак схлынула и Арсен оказался перед Аэлитой. Она робко, но прямо подняла свои глаза и посмотрела на него. Всё было в этих глазах, как сказал бы дядюшка Тургенев.
Не надо было ни слов, ничего. Всё исчезло, остались только они вдвоём.
Была ли это конъюгация, или это была любовь, он чувствовал каждой клеткой тот мощный поток тепла, которое она ему посылала.
Вот моё письмо, потом прочитаешь. А вот моё кольцо с камушками. Наше обручальное я спрятала в доме родителей. Я больше ни о чём не думаю сейчас, только о твоём обещании дарить мне колечки каждый год, сто лет подряд и больше! Я живу этой мыслью: иметь сто колец от тебя и больше!
Прости, что не подарила тебе ребёночка. Я очень старалась. С самого того дня, как стала твоей. Я знала, что ты был там, на маяке и видел, какой я стала.
Я уезжаю не из-за них. И не из-за мира во всём мире. Я уезжаю из-за тебя. Потому что не достойна тебя никогда и нигде. Ты – самое лучшее, что было в моей жизни. Ты думаешь, что женщины не доберутся до дна своей лжи, потому что сами не знают, где она начинается и где продолжается.
Я люблю тебя, чиполлинка. Моя самая-самая. И всегда буду твоим. Помнишь наш секрет?
