«Первые недели в Лондоне, — рассказывал позже «Бен», — я жил в гостинице лиги, питался там, посещал фильмы и концерты, регулярно заходил в бар и вскоре примелькался всему обслуживающему персоналу. При входе у меня уже не спрашивали пропуск, а вежливо улыбались и приветствовали по имени.
Я оставался членом лиги в течение всего времени пребывания в Англии (не считая, разумеется, тех лет, которые провел в тюрьмах Ее Величества), часто посещал различные мероприятия, получал на адрес лиги корреспонденцию. Главное же заключалось в том, что лига являлась моим клубом, куда я мог пригласить знакомых, чтобы опрокинуть по стопке. Дело в том, что в Англии все пивные и бары закрыты днем, то есть как раз тогда, когда бизнесмены и другие солидные люди встречаются по делам. Именно в такие моменты очень важно иметь возможность сказать: «Пойдемте посидим в моем клубе», поскольку бары клубов открыты как раз тогда, когда закрыты общедоступные питейные заведения.
В лиге я познакомился с Элизабет Пауэлл, сотрудницей, специально выделенной для оказания помощи «заморским» посетителям.
Элизабет часто выручала меня, оказывая, в частности, всевозможные услуги.
Естественно, что я никогда не забывал «заслуг» мисс Пауэлл и часто, возвращаясь из поездок «на континент», привозил ей всяческие подарки, начиная от французских духов и кончая модными и весьма дорогими безделушками.
Мисс Пауэлл тоже не оставалась в долгу и снабжала меня время от времени билетами в театры, в студию телевидения и на другие зрелища. Более того, она обеспечивала меня пропуском на торжественный парад лейб-гвардии в годовщину коронации королевы, попасть на который среднему англичанину было практически невозможно.
Элизабет также регулярно поставляла мне пригласительные билеты в королевскую ложу Альберт-холла — самого большого концертного зала Лондона. Нужно было видеть выражение лиц моих английских знакомых, когда я будто бы невзначай приглашал их на концерт в ложу Ее Величества. На большинство людей это производило неизгладимое впечатление. После концерта я дарил своему гостю на память пригласительный билет в королевскую ложу, на котором каллиграфическим почерком была выведена его фамилия. Трудно передать, какое глубочайшее уважение к моей скромной персоне вызывала эта несложная комбинация, соавтором которой была Элизабет.
Во время событий вокруг Суэцкого канала осенью 1956 года мне нужно было послушать в парламенте дебаты по внешней политике и особенно выступление тогдашнего премьер-министра Англии Антони Идена. Одно дело прочитать сжатый отчет в газете и совсем другое самому присутствовать в палате общин в момент, когда разгорелись страсти.
Как всегда, на помощь пришла Элизабет. Она тут же при мне позвонила активному деятелю лиги, члену парламента сэру Джоселину Люкасу и попросила устроить пригласительный билет на «скамью почетных посетителей» для одного очень симпатичного канадца по фамилии Лонсдейл на дебаты по внешней политике. Сэр Джоселин не подвел. В здании парламента меня встретил его секретарь и вручил пригласительный билет. Меня не без некоторой торжественности провели на галерею палаты общин и усадили в одной из лож».
Когда пришло время обзавестись своим жильем в городе, именно через лигу Лонсдейлу удалось снять хорошую и недорогую квартиру в районе Риджентс-парка в известном всему Лондону так называемом Белом доме. Для того чтобы поселиться в этом районе, простому смертному необходимо было иметь пять рекомендаций: с прежнего места жительства, с места работы, от банка и от двух уважаемых крупных собственников. Естественно, таких рекомендаций Лонсдейл в то время представить еще не мог. Однако по просьбе лиги квартира ему была сдана без представления других рекомендаций.
Позже по этому поводу «Бен» отмечал: «Благодаря лиге у меня в Лондоне была не только теплая квартира, но и интересные знакомые».
Кстати, недели через две после того, как верховный судья Англии приговорил Гордона Лонсдейла к 25 годам заключения, он получил от генерального секретаря лиги следующее письмо:
«Господину Гордону Лонсдейлу,
634, Белый дом, Олбэни-стрит, Лондон.
Дорогой сэр!
Мне поручено известить вас о том, что Центральный Совет Королевской Заморской Лиги не может больше считать вас членом Лиги. В соответствии со статьей 8 Королевского устава ваше членство в Лиге прекращено. Возвращаем вам ваш членский взнос за 1961 год».
К письму был приложен чек на семь гиней (примерно 20 рублей по тогдашнему курсу). Оно было напечатано на официальном бланке лиги, на котором указано, что патронессой лиги является королева Елизавета II.
