– А, вот вы где, – выдохнул Фред, раскрасневшись. – А я вас везде ищу. Стоило лишь на секунду отвернуться, и вы тут же помчались прочь из «Лавандовых тарелок» как угорелые. – Он улыбнулся, совершенно не обращая внимания на происходящее. – Что это вы тут делаете?
Все вновь принялись ругаться, перекрикивая друг друга, объясняя, кто виноват и в чем дело.
Фред выглядел, мягко говоря, ошарашенным. Он взглянул на меня, а я пожал плечами, не зная, как и описать, что здесь творится. Оказалось, в этом не было необходимости. По коридору мчался детектив Радж, а за ним вышагивали четверо полицейских.
– МОЛЧАТЬ! – приказал следователь.
Его слова сопровождались громким свистом, который издал один из полицейских, засунув пальцы в рот. Я так и не разобрался, как они это делают. Тем не менее это сработало. Крики умолкли.
– Вы все, марш в библиотеку! – рявкнул детектив Радж. – СЕЙЧАС ЖЕ!
Атмосфера в библиотеке была напряженной. Мы с Фионой расположились у окна. Это была наша территория. Мужья молча сидели на диване; их супруги перешептывались в углу. Близняшки уставились в телефоны, лихорадочно барабаня пальцами по экрану. Возле книжных полок выстроились, украдкой ухмыляясь, друзья жениха.
Детектив Радж сновал взад-вперед, засунув руки в карманы брюк, переводя взгляд с подоконника на диван, с угла на книжную полку.
– Не знаю, из-за чего весь сыр-бор загорелся, но жду, что вы мне все объясните – без лжи, без утайки, без уверток. Сперва вы, Харроу.
Итак, я рассказал ему о ноутбуке Алека, о том, как Оливия с мамой разговаривали на террасе, и о том, как я услышал, что молодожены ссорились. Однако это следователя не впечатлило. За один день мне удалось выяснить об убийстве больше, чем ему за три. Он пригрозил, что арестует меня за сокрытие улик, но я заверил, что ноутбук Алека стал уликой всего полчаса назад, когда мы сумели подобрать пароль. Тут он замолчал.
Фиона подтвердила мои слова, а вот с остальными дела у детектива Раджа не заладились: когда он попросил их рассказать свою версию, близняшки принялись твердить «без комментариев», отвечая так на каждый вопрос, даже если к ним не обращались. Вскоре все прочие последовали их примеру. Детектив Радж в отчаянии вертел головой из стороны в сторону. Никто и не собирался ничего рассказывать. Я оказался один против всех.
Мы зашли в тупик; и тут в дверь библиотеки постучали.
– Войдите! – рявкнул детектив Радж.
Дверь отворилась, и за ней появился мужчина с портфелем. Как он сообщил, его звали Леон Блэк и он был адвокатом близняшек. Он поблагодарил следователя за разрешение войти. Детектив Радж ответил, что после угроз, которые он получил от работодателя Леона, иного выбора у него не оставалось. Леон выглядел очень молодо. Предполагаю, что постоянный адвокат семьи Фарринуча оказался занят, поэтому фирма прислала вместо него молодого паренька. У него были взъерошенные каштановые волосы, густые брови, кривые зубы и такого размера живот, что ремень с трудом его удерживал. Видимо, еще до того, как войти, он успел переволноваться, потому что стоял потный, красный, таращась на нас во все глаза. Думаю, он чувствовал себя не в своей тарелке.
Адвокат отвел детектива Раджа в сторону, и они приглушенно заговорили; Леон то и дело хмыкал и ахал. Я расслышал, что адвокат поинтересовался, можно ли считать действия полиции, которая удерживала гостей в отеле, соответствующими «обычной процедуре». К тому моменту все прекрасно понимали, что обычной ситуацию назвать было нельзя. Детектив Радж велел Леону сесть.
Но тут в библиотеку ворвался американец Дэйв – как будто в комнате и без того недоставало действующих лиц. Он желал выяснить, в чем дело; по его словам, ему требовалось быть в курсе всего, что происходит в его собственном отеле. Больше всего он расстроился, когда увидел меня среди присутствующих; янки явно был раздосадован тем, что в центре событий оказался я, а не он. Я бы с радостью уступил ему место. Вокруг постоянно поднимался какой-то переполох, а я всего-то хотел помочь найти убийцу, чтобы наконец отправиться домой, выпить чая и завалиться в кровать с кроссвордом. Но вот он я. Никогда в жизни мне еще не завидовали. Да и с чего бы? Чему тут завидовать? У меня обычная жизнь. Но американец Дэйв просто помешался из-за того, что я оказался в самой гуще расследования, а он оставался в стороне. Скажу честно, лучше бы я был как можно дальше отсюда. За десять тысяч миль, не меньше. Американец Дэйв, верно, даже обрадовался бы, обнаружив тело.
Тук-тук-тук!
Он наверняка нисколечко не переживал бы из-за мыслей о трупе; может, даже рассказывал бы байки об убийстве, чтобы знакомиться с женщинами в каких-нибудь ковбойских барах.
Американец Дэйв протиснулся сквозь собравшихся и уселся на диван, заняв место рядом с адвокатом Леоном. Они пожали друг другу руки. Затем все посмотрели на детектива Раджа, как будто он вел урок.
– Никто, случаем, не желает признать вину, чтобы мы наконец разошлись по домам? – устало протянул детектив Радж.
– Без комментариев, – хором воскликнули близняшки.
