Немного успокоившийся Кречетов расспрашивал строителей, как это случилось.
Михаил Лазаревич Михайлов обстоятельно все объяснил. Таисия Игнатьевна протиснулась к ним поближе. Ее пока не замечали, и она этим была довольна.
Кречетов хотел было отойти, но его остановил Деникин.
– Посмотрите-ка сюда, – позвал он, указывая на острый гвоздь.
– Ну и что? – удивился Кречетов.
– Ну и что?! – передразнил его Деникин. – Если вы такой умный, то объясните мне, как он здесь оказался.
Кречетов побагровел.
– Прикусите-ка язык… – начал было он, но его прервал резкий властный голос.
– Помолчите, – велела ему Таисия Игнатьевна Сапфирова и обратившись к Деникину резко спросила:
– Скажите, как, по-вашему, оказался здесь этот гвоздь?
Кречетов пришел в себя от шока, вызванного повторным оскорблением.
– Черт возьми! – заорал он, – что вы тут шляетесь по моему участку. Я не позволю, чтобы всякие старухи… – тут он внезапно умолк, так как узнал Сапфирову.
– Вы, кажется хотите замять этот инцидент, Павел Ильич? – предельно спокойно поинтересовалась Таисия Игнатьевна. – Не сомневаюсь, следователю будет интересно об этом узнать.
– Я вовсе не хочу… – пробормотал, сбитый с толку этой атакой, Кречетов.
– Тогда помолчите, – бросила Сапфирова и повернулась к Деникину.
Тот спокойно и не без интереса наблюдал, чем закончится эта дуэль.
Тут как тут были Ленка, Симагина, Федорова и другие сплетницы.
– Так что с гвоздем? – с нажимом повторила Сапфирова.
– Вбит он сюда недавно, – категорично заявил Деникин. – Посмотрите, – предложил он присутствующим.
Строители и сам Кречетов осмотрели доску и согласно кивнули.
– Да, действительно, вроде бы больше гвоздей нигде нет, – бегло осмотрев штабеля, сказал Михайлов.
– Это еще не все, – пробормотал Деникин. – Ступенька была подпилена, можете не сомневаться.
Строители и несколько жителей склонилось над лестницей, разглядывая ее.
Внезапно острый взгляд Таисии Ингатьевны выхватил из кучки любопытных, богатырского сложения мужчину, стоявшего немного поодаль.
– Подходите ближе, Юрий Степанович, – пригласила его Таисия Игнатьевна, – может быть, вы поможете нам разобраться в этом прискорбном инциденте.
Вздрогнув от упоминания своего имени, Морозов нерешительно приблизился.
– Ну, я, как бы, и не строитель, – неуверенно пробормотал он.
– Все равно, – сказала Таисия Игнатьевна, – меня очень интересует ваше мнение.
Морозов явно не знал, как себя повести.
– Я, пожалуй, пойду, – наконец сказал он. – Меня жена ждет.
Сапфирова проводила его задумчивым взглядом и вновь обратила свое внимание на место происшествия.
– И верно, подпилено, – заключил Михаил Лазаревич Михайлов, пристально осмотрев лестницу.
– Да что же это за вредительство такое? – внезапно проорала Пелагея Егоровна Цепкина, грозно уперев руки в бока. – Признавайтесь, кто хулиганит, – вопросила она, гневно сверкая очами.
Естественно, никто не признался, – кому, спрашивается, охота получить по шее.
– Я жду, – проревела она, возмущенная молчанием.
– Да ждите хоть до страшного суда, – раздраженно напустился на нее Кречетов. – Что вы голосите тут, как Иерихонская труба?
– Я тебе покажу чухонскую трубу! – рассерженно двигаясь на него, рявкнула Цепкина. – Я не Дудкин какой-нибудь, чтобы меня с трубой сравнивать.
– Немедленно вон! – не испугался Кречетов, и видя, что Цепкина продолжает надвигаться на него, как танк, толкнул ее в грудь со словами:
– Куда прешь, старая калоша?
Неизвестно, что бы случилось дальше, если бы не появилась Зоя, в секунду утихомирившая мать сообщением о том, что Амфитрион пытается взломать дверцу буфета и добраться до драгоценной водки.
– Ах он! – только и смогла выдохнуть Цепкина, круто оборачиваясь на сто восемьдесят градусов.
Следом за Зоей она поспешила домой немедленно пресечь и примерно наказать нарушителя. Все же на прощание она обернулась и с угрозой в голосе сказала Кречетову:
– Имейте в виду, с вами я еще не закончила, еще одна подобная выходка и этот дом превратится в груду осколков.
У Кречетова уже не было сил, поэтому он лишь махнул рукой и ушел во времянку.
Таисия Игнатьевна поджидала возвращения Сорокина.
– Ну что? – спросила она, склоняясь к только что остановившейся машине.
– Да дайте уж мне сначала выйти, – рассмеялся Сорокин, открывая дверцу.
– Рассказывайте, – нетерпеливо попросила Сапфирова.
– У Бобрикова перелом, – сообщил Сорокин. – Я видел следователя Макушкина. Завтра он вместе с лейтенантом навестит Полянск. Но вообще-то по-моему не из-за чего было весь сыр-бор устраивать, – недовольно заметил Сорокин. – Ну упал он с лестницы, что здесь такого?
– А вот что, – ответила Сапфирова и рассказала ему о наблюдениях Деникина.
– Ишь ведь, – присвистнул Сорокин. – А где Пал Ильич?
– Не знаю, наверное, дома.
– Надо пойти к нему, – решил Сорокин. – Пожалуй, – задумчиво добавил он, – я даже не поеду сегодня на рыбалку с ночевкой.
– А вы собирались? – спросила Сапфирова.
– Ну да, прошлый раз опозорился, думал, дай-ка сегодня… – Сорокин замолчал, потом рассмеялся махнув рукой. – Ну все, я пошел, прощевайте.
– Спокойной ночи, – попрощалась Таисия Игнатьевна.
