Министр энергетики резко нахмурился и угрюмо просверлил Евгения взглядом, а потом одарил таким же пренебрежением Алексея и ректора института, спрятавшегося за спинами остальных.
– Вы издеваетесь?! – заревел он, моментально краснея от негодования. – Вот на эти фокусы вы потратили миллиарды бюджетных денег?
– Почему фокусы? – обиделся Евгений. – Мы совершили прорыв в науке, о котором только могли мечтать учёные последние двести лет. Вы разве не видите, какие безграничные возможности открываются перед нами? Мы сможем проникнуть в саму суть реальности.
– К чёрту вашу реальность! Про какие возможности вы вообще говорите?
– В отчёте, что я вам посылал… – попытался вмешаться Алексей, но гневный взгляд министра быстро отбил у него желание.
– Тем более к чёрту отчёты! – продолжал ругаться министр энергетики. – Вы тратите наше драгоценное время, огромные бюджетные вливания и не способны даже объяснить простыми словами, в чём практическая польза от ваших фокусов? В чём это лучше ядерной энергетики, например?
Тут с задумчивым видом вмешался министр обороны:
– Скажите, а вот этот выброс энергии в конце, что стало его источником? Вы можете воспроизвести такую реакцию в более крупном масштабе?
– Да какая разница! – возмущался без остановки министр энергетики. – Из того, что я увидел, система явно потребляет больше, чем производит. Мы не можем использовать их глупые затеи даже для извлечения энергии.
– А я вот частично согласен с коллегой, – тихо поддакнул министр науки. – Для начала вам необходимо чётко обозначить практическую пользу от ваших исследований, чтобы мы захотели углубиться в саму суть. Вот, к примеру, на что способна ваша машина? Она сумеет преобразовывать атомы на несколько порядков. Превратить текущий атом гелия, скажем, в… золото?
– Вот это я понимаю научный подход! – сразу оживился министр энергетики. – Так что скажете?
– На данном этапе вряд ли… – с сомнением начал Алексей.
– Без проблем! – перебил его Евгений.
– Так сможет или нет? – уточнил министр науки.
Позади него глава государственной службы безопасности недовольно фыркнул.
– Во время вашей преступной выходки на телевидении вы были более однозначны в этом вопросе, – томно произнёс он, и в его словах впервые проступили нотки агрессии.
Алексей с раздражением посмотрел на своего друга и нервно поправил очки.
– В теории это возможно, но трансмутация более высокого порядка потребует больше расчётов и энергии для сдерживания квантовой волны.
– Это неважно, – совершенно легкомысленно ответил Евгений и махнул рукой. – Клото проектировалась с расчётом на куда более весомые нагрузки и проекты высокого уровня. В этом я тоже согласен с уважаемыми министрами. Установка готова к любым испытаниям.
– Я бы не сказал, что это неважно.
Алексей посылал другу зрительные сигналы, всячески пытался его отговорить, но тот упорно игнорировал любые возражения.
– А что вы там говорили про квантовую волну? – поинтересовался министр науки.
– Вы слышали когда-нибудь про парадокс константы? – спросил в ответ Алексей.
Выражение лица министра давало однозначный ответ.
– По правде говоря, истоки этого парадокса берут начало не из науки, а из фантастики, – продолжил Максимов.
– Говорите уже, не томите, – недовольно проворчал министр энергетики и будто специально посмотрел на наручные часы.
– Его смысл заключается в том, что часть не может изменить целое, не изменившись сама. Вообще, подобный принцип высказывался в философии многих течений, но именно как практический парадокс был сформулирован в различных фантастических историях о машине времени или устройствах, воздействующих на саму ткань материи. – Алексей кивнул в сторону окна. – Машина является частью той реальности или временного потока, который пытается изменить, поэтому не может остаться той же самой машиной и непременно преобразуется вместе с миром. Это и приводит к так называемому парадоксу константы. Источник изменений должен оставаться неизменным, чтобы они могли произойти, иначе в процессе работы машина может прийти к необходимости уничтожить себя, и тогда вообще никаких изменений не случится. В этом и заключается парадокс.
– И?! – нетерпеливо подгонял его министр.
– Когда мы только начали исследования, то столкнулись с теоретической проблемой данного парадокса. Ведь квантовая волна, вызванная перестройкой матрицы Рудовского, проще говоря, ткани реальности, будет вызывать цепную реакцию у всей структуры вещества и расширяться до тех пор, пока не придёт в равновесие сама с собой. Мы очень быстро поняли, что если не контролировать расширение этой волны, то она может повредить или уничтожить установку. И чем серьёзнее изменения, тем объёмнее часть матрицы, которую нужно перестроить, а следовательно, больше энергии нужно удержать в электромагнитном поле и рассеять внутри машины. Именно это вы могли наблюдать во время вспышки в конце работы установки.
– Перестаньте морочить мне голову! – Министр энергетики окончательно вышел из себя. – Вы можете создать золото или нет? Если нет, тогда наша встреча окончена.
