И поскольку она была не только моей теткой, но и двоюродной сестрой Наполеона III, настойчиво тащила Швецию в объятья Франции. При том, что Оскар, как уже упоминалось, и сам был совсем не прочь присоединиться к коалиции, но не ранее, чем удастся получить гарантии территориальной целостности своих королевств. И угрожала этой самой целостности, как вы сами понимаете, конечно же, Россия.
К слову сказать, кое-какие основания для подобных опасений имелись, правда, виноваты в этом были, как ни странно, финны. Все дело было в кочующих по тундре лопарях или, как их еще называют, саамах. Хитровыдуманные финские политики желали одновременно пресечь миграции норвежских саамов и тут же жаловались на то, что в Норвегии притесняют финских. В частности, не дают рыбачить в Варангер-фиорде.
Российское правительство, скорее по привычке, поддержало их позицию, вызвав как бы ни первый со времени 1812 года серьезный кризис между нашими странами. После чего взаимные претензии только усиливались, пока в 1851 году император Николай с подачи Нессельроде не выдвинул ультиматум, чтобы в Норвежских водах могли хозяйничать не только лопари, но и поморы, что, в общем, было явным перебором.
— А дипломат еще хуже, чем придворный, — согласился я с королевой, — потому не буду ходить вокруг да около. Меня очень беспокоит сложившееся на Балтике положение.
— Нас тоже, — не стала прикидываться дурой королева. — Но, если великие державы решат снова отправить сюда свои эскадры, что мы можем?
— Для начала, было бы очень хорошо не слушать прибывших к вам поджигателей войны.
— Мы твердо придерживаемся политики нейтралитета.
— Да неужели! А разве это не английские корабли стоят у вас в доках?
— Но это не противоречит…
— Конечно-конечно. Просто потом они выйдут в море и начнут нападать на финские берега, жечь, убивать, грабить, насиловать…
— Некоторые вещи не стоит говорить при дамах, — стряхнув с себя апатию, заговорил король Оскар.
— Некоторые вещи лучше не позволять делать в любой ситуации. Как всем нам хорошо известно, Север Балтики много лет живет в мире. Тем печальнее осознавать, что злая воля чуждых для нашего региона держав желает его нарушить.
— По крайней мере, они не покушались на нашу территорию! — язвительно заметил король.
— Видит Бог, — усмехнулся я, — мне вполне понятны резоны вашего величества. Опереться на мощь Англии и Франции для решения своих проблем, да вдобавок получить от них же гарантии территориальной целостности. Чертовски соблазнительное, но при этом неправильное решение!
— Отчего же? — скривила губы в тонкой усмешке Жозефина.
— Оттого, что зимой в наших краях довольно холодно! — ответил я, подарив королевской чете самую обаятельную из своих улыбок. — В связи с этим море покрывается льдом, и могучие линкоры становятся совершенно бессильны!
— Что вы хотите этим сказать? — дернулся Оскар.
— Только то, что у меня под ружьем двести тысяч отборных войск, включая гвардейский корпус, казаков и прославившуюся в этой войне Аландскую бригаду Морской пехоты. Если желаете, можете посчитать еще почти пару десятков тысяч злых и охочих до чужого добра финских ополченцев.
Ответом мне были ошарашенные взгляды королевской четы.
— Именно поэтому, –продолжал я разливаться соловьем, — мне пришлось лично приехать к вам, чтобы призвать решить все возникающие между нами недоразумения мирно. На правах близкого соседа, ведь от моего княжества до Стокгольма буквально рукой подать, предлагаю нам сесть за стол переговоров и уладить все вопросы. И еще. Позволю себе напомнить, что и мой дядя — император Александр, и мой отец всегда выступали защитниками суверенитета Норвегии и Конституции.
Судя по реакции, собеседники отлично поняли мои недвусмысленные намеки. И отнюдь не обрадовались тому, что гипотетическая доселе «опасность с востока» внезапно оказалась более чем реальной.
Не стоит ссориться с русским медведем, имея под рукой всего три пехотных и два кавалерийских кадровых полка. Остальные их силы — территориально-милиционная «индельта» — здешний вариант поселенных войск. Когда-то эта система давала шведским королям отличное войско, но времена славы «каролинеров» давно прошли.
— Хотите воевать? Нет ничего проще! Мои войска отмобилизованы, имеют опыт боев, а аландцы стали настоящими ветеранами. Не пройдет и недели, как мы покончим с вашей армией и займем не только столицу, но и Готланд, а также контролирующий Зундские проливы полуостров Сконе.
— Против вас поднимется весь народ!
— В Норвегии тоже?
— Проклятье! — окончательно вышел из себя обычно флегматичный Оскар. — Я прикажу вас арестовать!
— Да ради Бога, если, конечно, хотите стать последним представителем своей семьи на шведском троне! — парировал я, после чего положил руку на карман, как будто собирался что-то из него вытащить, и добавил. — Не говоря уж о том, что это не так просто сделать…
— Ставите нам ультиматум? — пристально посмотрела на меня королева, переводя разговор в более «цивилизованное» русло.
