– Ну ты и параноик, дружище, – ответил Крейг, но без искренности в голосе. Он хотел услышать пару слов поддержки, но получил отменный анализ ситуации – возможно, даже слишком точный.
– Надеюсь, ты прав, – сказал Фил. – Но я нутром чувствую: тот же фокус они будут и со мной проворачивать. Думаю, их цель – менеджеры среднего звена. То есть мы с тобой. Может, они хотят объединить все и вся, передав наши полномочия руководителям отделов.
– И что ты скажешь?
– Патову-то? Как и ты – не выдам того, что знаю. Вполне возможно, он хочет, чтобы я что-то знал и что-то выболтал. Возможно, это всего лишь тактика, призванная запугать нас, лидеров, и заставить стрелять по своим. – Фил покачал головой. – Или я действительно просто параноик.
– Немного паранойи не повредит, – заметил Крейг. – Мы должны оставаться начеку.
Фил ухмыльнулся.
– Он действительно назвал Бога Ральфом?
– Да, именно так и сделал.
Они посмеялись на пару.
Люпа еще не ушла на обеденный перерыв и все еще удерживала форт, когда Крейг вернулся. За время своего краткого отсутствия он не получил ни одного нового звонка.
– И что же там было? – спросила она.
Крейг рассказал ей всю историю.
– Очень странно, – рассудила она. – Я расскажу вам про мое собеседование, честно.
– Если только Патов не подсунет тебе соглашение о конфиденциальности.
– Что ж, я упомяну хотя бы это. – Она схватила сумочку. – Я в кафе. Может, принести вам что-нибудь?
– Нет, спасибо, – ответил Крейг. – Я тоже скоро выйду. Если вернешься раньше меня, пожалуйста, назначь мне встречу с Питером из отдела разработки. Мне еще нужно с ним кое-что уточнить, но он уже два дня не отвечает на звонки. Можно подумать, боится…
– Будет сделано.
– Кстати, если консультант спросит тебя…
– Я отвечу, что вы – лучшее начальство, о каком только можно мечтать, и я не хочу работать ни на кого другого.
Он посмеялся.
– В этой компании вы пойдете очень далеко, юная леди.
– На то и расчет! – сказала она и помахала ему рукой, уходя.
– Нам нужно поговорить, – заявила Энджи. Эти три слова никогда не сулили ничего хорошего – особенно когда произносились серьезным голосом после того, как Дилан улегся спать. Обычно они означали, что, по ее мнению, Крейг сделал что-то не так и что сейчас ему будет прочитана основательная лекция. Когда Энджи отложила журнал, взяла пульт от телевизора и уменьшила громкость, последние сомнения испарились.
– Ты слишком много времени проводишь на работе. Мне это не нравится, и Дилану – тоже.
– О чем ты? Я беру всего один выходной, иду гулять с Тайлером и парнями…
– Я не об этом. Не прикидывайся, что не понял.
Крейг умолк.
– Даже когда ты здесь в эти дни, тебя здесь нет. В каких облаках ты витал во время ужина? Ты хоть заметил, что Дилан съел весь хумус, что я положила ему на тарелку? Дилан! Хумус!
– Это здорово. Или нет?
– Прошлой ночью ты был в Сети почти три часа. В последнее время кажется, что ты сидишь за этим компьютером каждую ночь. Я удивлена, что ты сейчас здесь со мной. И это был не единственный раз, когда ты гулял со своими приятелями; каждый день ты домой все позже и позже приходишь, а уходишь – с утра пораньше…
– Я же рассказывал: пока консультант здесь, мне нужно…
– Я помню. И я все понимаю. Но когда родился Дилан, мы договорились, что будем подменять друг друга. Я готовлю ему завтрак, обед, отвожу в школу, забираю, смотрю за ним после обеда, готовлю ужин для всех нас. Ты должен помогать мне по вечерам. Ты не можешь проводить все свое время, прячась в кабинете.
– Что я могу сказать? Обстановка на работе сейчас очень… подвешенная. Сегодня у нас были личные собеседования с консультантами. Вернее, все остальные в отделе прошли собеседования – настолько сверхсекретные, что их заставили подписать натуральный обет молчания. Мол, ни слова другим, иначе будут санкции. Мне, кстати, ничего подписывать не пришлось – так, задали пару-тройку общих вопросов да и послали веселой дорогой. Та же ситуация – с Филом.
– И что это значит? – Энджи выглядела обеспокоенной. – Думаешь, тебя сократят?
– Я не знаю. Я не знаю, что это значит. Но пахнет это дельце не очень хорошо.
– Почему ты не сказал мне об этом?
– Вот, говорю сейчас.
– Если бы я не спросила, ничего бы ты не сказал. Сидел бы в тишине, смотрел телик…
Тут крыть Крейгу было нечем – Энджи была права.
– Нам нужно обговаривать такие вопросы, – сказала Энджи. – Ты не можешь держать все в себе. Мы вместе, мы – одна семья и должны уметь говорить друг с другом.
– Ты права, – сказал он ей. – Прости. Ты права. Я не хотел тебя волновать, но это меня не оправдывает.
Она сжала его пальцы в своих.
– Пришла пора рассылать резюме, да? Насколько вся эта заварушка серьезна?
Он вздохнул.
– Не знаю. Я думал, что мне ничего не грозит. Но диалог с Патовым поставил меня в тупик. Слишком уж все странно. – Он покачал головой. – Проблема-то в том, что в отрасли сейчас неподходящее время для поиска работы. Вот почему у «КомПрода» головняки. Дело не только в том, что наша доля на рынке сокращается – сокращается весь рынок.
– Да, но у тебя отличная квалификация. И резюме у тебя отменное.
