Контакты с утопленником полностью

Взяла стул и подперла его спинкой ручку двери. «Замок у вас испорчен, поэтому нет ключа», — сказал Арнольд. И наверное, обманул меня. Я умылась холодной водой, почистила зубы, надела ночную рубашку.

— Завтра, завтра в двенадцать тридцать две, — пробормотала я, но просто так, машинально. Я уже знала, что никуда не уеду.

Я погасила ночник и свернулась на краю постели, рядом со спящим ребенком.

— Помогите! Помогите, помогите! — Арнольд кричал, барабанил в дверь. — Скорее, выходите!

Я услышала, как он побежал по коридору, забарабанил уже в соседнюю дверь:

— Помогите! Скорее, господин Халдеман! — И снова побежал… Помогите, помогите… — Крики его постепенно затихли где-то, видимо, на лестнице.

Дони, конечно, проснулся, он лежал неподвижно, впившись руками в одеяло, с широко открытыми глазами и испуганным выражением лица.

— Успокойся, миленький… все в порядке, — прошептала я весьма неубедительно, дрожащим голосом.

Посмотрела на часы — было всего шесть. Вытащила из чемодана джинсы и мятую кофточку, натянула их на себя за ширмой, плеснула водой на лицо и бросилась к двери — делать нечего, надо выяснить, что случилось. Но все же…

— Дони, как только я выйду, поставь стул так, как он стоял. Видишь спинкой к двери точно под ручкой?

— Хорошо.

— Откроешь только мне. А так молчи, словно дверь заперта и тебя здесь нет. Понял?

— Да.

Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Халдеман тоже выглядывает из своей комнаты, тараща глаза от недоумения и страха. Он подождал, когда я подойду к нему, и, не произнеся ни слова, — нам просто не о чем было говорить в этой ситуации — мы пошли дальше к лестнице, не так торопливо, как, пожалуй, следовало бы. Валентин и Арнольд уже спускались вниз.

— Я чуть свет отправился на рыбалку, знаешь, в это время рыба особенно хорошо клюет, — объяснял очень громко Арнольд, — и случайно… увидел его! Внизу, под скалой! Он там, там еще…

— Кто? — крикнул ему в ухо Валентин. — Кто?

— Не знаю, я увидел его издалека… Но он не труп. Он шевелился!

— Мужчина или женщина? Мужчина или жен-щи-на?

— Да, может быть.

— О, черт! — Валентин отказался от попыток что-то выяснить у глухого и пронесся мимо нас с Халдеманом, свернул по коридору туда, где были комнаты Тины и Клифа. — Клиф, Клиф! Проснись, эй, Клиф…

Он повернулся к нам:

— Его нет в комнате!

— Ты думаешь, он… — Я не закончила свой вопрос. — А Тина? Она что, еще не вернулась?

— Не знаю.

— Оставьте хоть ее в покое, — пробормотал Халдеман. — Она всегда очень крепко спит.

Госпожа Ридли и Юла тоже спускались с лестницы, обе в халатах, волосы их были прикрыты чепчиками.

— Пойду позову Алекса, — бросил Валентин.

Я двинулась за ним, но «звать» нам его не пришлось — Алекс уже был на улице. Аккуратно причесанный, одетый в легкий спортивный костюм. Только что побрившийся! Во сколько же он лег? Или он вообще не ложился?

— Что-то случилось? — поинтересовался он. Нет, он совсем не выглядел невыспавшимся. Он указал на «лендровер» стоявший в аллее. — Я слышал, как Арнольд затормозил… и как кричал…

— Быстрее, быстрее! — Арнольд уже подталкивал к двери Юлу и госпожу Ридли, вслед за которыми появился и Халдеман. — Садитесь все в джип, я отвезу вас туда, я покажу вам это… Кем бы он ни был, он не труп. Он шевелился! Надо ему помочь! Давайте же!

Мы набились в «лендровер», как сельди в бочку. Арнольд уселся за руль и резко дал газ. Метров через пятьсот-шестьсот так же резко затормозил. Достал из-под сиденья веревку, выскочил из машины, свернул направо по аллее и побежал по дорожке, ведущей к восточному краю плато. Мы потащились за ним гуськом, кусты по обеим сторонам дорожки цеплялись за одежду, царапались, мешали идти…

— Ему показалось, — заявила вдруг госпожа Ридли, оборачиваясь назад, к Юле. — Ему просто показалось.

— Что? — крикнул Халдеман, который тащился за мной. — Что ему показалось, Рона? Что внизу человек? Или что он жив?

Она не ответила, может, потому что споткнулась. Приподняла еще выше полы халата, из-за спины Юлы я на секунду увидела ее ноги — две кривые синевато-белые палки — и не знаю, почему, именно это зрелище изгнало из меня страх, превратив его в настоящий ужас.

— Клифа не было в комнате, — выдохнула я. — Он… упал… Разбился!

— Чепуха. — Юла неожиданно замедлила шаг, и я едва не столкнулась с ней. — Пошел, наверное, в Святилище. Он там работает, пишет, сочиняет… иногда с раннего утра. Правда, мама?

— Ох, Юла, Юла, — с трудом переводя дыхание, проговорила госпожа Ридли.

Один за другим мы вышли из туннеля кустов, и только что взошедшее солнце ослепило нас, заставило остановиться, собравшись маленькой группой. Арнольд стремительно кинулся к брошенным немного поодаль рыболовным снастям, обежал их и осторожно приблизился к краю одной из огромных, отвесно спускавшихся к океану скал… Упал на живот и прополз так несколько метров вперед.

— Идите сюда! — позвал он нас. — Он внизу, он еще внизу…

Валентин быстро подошел к самому краю скалы и наклонился, ужасно неосторожно!

— Осторожно, Вал! — воскликнула я.