— Странные вы задаете вопросы. Думаете, я загубил в себе артистический талант?
— А вам не предлагали в него вступить?
— Ну, я, знаете ли, и за деньги-то не стал бы с ними связываться. Это чтобы торчать после работы в каком-нибудь промозглом церковном зале? Нет уж, увольте, да и домой мне ехать совсем в другую сторону. Они ведь собираются где-то за мостом, неподалеку от вашего «Альбиона».
— Может быть, в клубе Сент-Джуд?
— Черт его знает, может, и там.
Грайс, надеясь, что он говорит разумно и сдержанно, вкратце рассказал Парслоу, чем занимается альбионская труппа. Но мысли у него весело разбегались, а язык угрюмо заплетался, и на Парслоу рассказ о делах альбионских любителей не произвел особого впечатления, Больше того — ему явно стало смешно.
— Да у ваших любителей просто мозги набекрень, — объявил он. — С чего вы взяли, что работаете на правительство?
Грайс допил остатки вина, чудом загнал обратно в пищевод отрыжку, которая чуть не выдавила из него вино обратно в стакан, и тут прозвенел звонок, возвестивший, что паб закрывается.
— С чего бы мы ни взяли, теперь это подтверждено документально! — Он не собирался показывать Парслоу счет-фактуру (мало ли кому тот мог проболтаться!), но другого выхода у него не было. Он бережно развернул ветхий счет, обнаружив при этом, что, пока ему не пришло в голову закрыть один глаз, буквы на счете как-то странно двоились.
— Грэйн-Ярд, Лондонский мост, ЮВ-1», — с тупым равнодушием прочитал Парслоу. Он даже не заметил, что Грайс показал ему пальцем, куда адресован заказ — ОТДЕЛ СНАБЖЕНИЯ ГОС. УЧРЕЖДЕНИЙ, — видимо, его развезло еще сильней, чем Грайса. — А ведь я довольно хорошо знаю Грэйн-Ярд. Хожу иногда через него напрямик в паб «Корона». Прекрасный, кстати, паб с внутренним двориком, можно выпить прямо на свежем воздухе, у них там стоят столики под зонтами.
— А тогда вы должны знать, — угрюмо сказал Грайс, складывая бумажку так, что Парслоу увидел наконец адресата, — про типографию «Альбион», ее недавно снесли.
— Снесли? — вопросительно повторил Парслоу. Его мутный взгляд упирался в строку ОТДЕЛ СНАБЖЕНИЯ ГОС. УЧРЕЖДЕНИЙ, но он явно ничего не видел. — Как это снесли? Она и сейчас там стоит,
— Стоит? — Теперь уже Грайс вопросительно повторил последнее слово Парслоу, и челюсть у него отвисла.
— Ясное дело, стоит! Окна выбиты, деревянная вывеска облупилась, но прочитать можно, Я сто раз мимо нее проходил. Может, ее
— Ну зачем же я буду отнимать у вас время, — заплетающимся языком пробормотал Грайс и спрятал счет-фактуру в бумажник. Его тошнило. Он слишком сильно сегодня переволновался и чересчур много выпил.
Коротко извинившись, он отправился искать уборную. Ему казалось, что, пока его нет, Парслоу должен смыться — иначе он не вошел бы в зал, вытирая капли пота на лбу клочком туалетной бумаги.
Не успел он подойти к стойке, как Парслоу объявил, что ему давно пора бежать, но теперь они должны поддерживать связь и как-нибудь им обязательно нужно вместе пообедать — он, мол, знает один японский ресторанчик, где подают замечательно вкусные бифштексы. Все бывшие сослуживцы Грайса, если им доводилось по случайности встретиться, всегда решали «поддерживать связь» и никогда ее, разумеется, не поддерживали, но Грайс понимал, что ему-то надо еще разок увидеться с Парслоу, и пообещал «звякнуть».
— Вот-вот! Только звоните мне домой, а то на работу нам дозвониться, знаете ли, довольно трудно. Вы, наверно, удивитесь, но нашего объединения нет в городском телефонном справочнике. Теперь, похоже, все солидные фирмы предпочитают скрывать свои телефоны.
По дороге домой Грайс уснул и проехал свою остановку. Ну и денек! Если б он вел дневник, ему вряд ли удалось бы уместить все события этого дня на одной странице. А уж если б он делал записи в специальном «Дневнике делового человека», где одна страница отводилась на три дня, ему пришлось бы писать просто микроскопическими буковками.
— И вы никому об этом не говорили?
— Никому.
