— Сбежать она решила! — проворчал батя. — Ты же понимаешь, что мы на одной орбите с ребятами, которые тебя в настоящий плен посадят?
— Да, мне там не понравилось! — она поставила ведра на пол и махнула рукой. — Какие-то все помешанные. Тесно еще. Детей много, не люблю детей. Вы по сравнению с ними — клевые. Смотрите, что я там нашла!
Она достала из кармана здоровенный золотой кулон — с перекрещенными спиралями галактики, парой камней в оправе, увесистый и очень потертый — и кинула мне в руки.
— Лови, малой. Дарю. Сдашь потом в активы партии, или куда там.
Я терпеть не мог, когда меня звали «малОй», но подарок оценил. Само по себе золото стоило не так дорого, но ручная работа значительно поднимала ценность — товарищ замдиректора направления наверняка любил такие штуки. Гораздо позднее я понял, почему она тогда передумала. Видимо, только оказавшись там, на этом старом гипотраулере сектантов, поняла, что с нами, челябинскими бандюганами, ей будет куда безопаснее, чем с благочестивыми служителями культа Сверхмассивной Черной Дыры. Те бы сдали ее имперцам — и глазом не моргнули.
— Экспроприируешь, значит, религиозную собственность? — усмехнулся батя, слегка повеселев. — Ну, я не в восторге от идеи воровать у нищих, но и ругать тоже не буду. Ну что, как всё прошло?
— Они нашли паука, выписали штраф и забрали.
— Па… паука? — Цсофика резко поменялась в лице. — Ты отдал им Милли⁈
В следующий миг она подбежала и врезала мне в плечо.
Удар её кулака гулко отозвался в ушах — я догадался, что она ударила в полсилы, но и этого хватило, что меня откинуло на метр, а кости и мышцы заныли от боли. Затем она схватила меня за грудки.
— Ты! Ты! Говнюк вонючий! Как ты посмел допустить!
— Тише! Тише, блин! Отмена, не фиксировать!
Её принялись оттаскивать от меня вместе Батя с Ильичом — удалось, пожалуй, только последнему. Наконец, мне удалось освободиться, а Цсофика, натужно рыча, словно дикая кошка, извивалась в руках андроида.
— Моя крошка! Они забрали её!
— Батя! Мне не хочется говорить, но она реально больная! — я тоже начинал вскипать. — Ты хоть понимаешь, блин, что мы тебе жизнь спасали, а ты сама чуть всё не разрушила? И что забрать паучиху эту — это был лучший вариант, чтобы отвести глаза? У тебя там ещё же два паука!
Она немного успокоилась, опустила глаза.
— Ну они оба самцы. Да, есть такое. Всё равно вы уроды. Я вам подарки принесла, а вы лишили меня моей любимцы!
Я на миг вспомнил, что где-то должны были остаться паучата, но решил не нагнетать и без того нервозную обстановку. Вместо этого взглянул на браслет, чтобы отменить факт драки на борту и обомлел от предыдущих сообщений.
— Батя! Мне пятый разряд дали!
— Ай молодец! — услышал Арсен, проходящий мимо нас по лестнице.
— Похвально, — батя кивнул и вручил мне два ведёрка. — Сейчас отпразднуем сухпайками. Но давай сначала отстыкуемся. Тварей покормим, да нырнём, надо свалить куда-нибудь подальше от этого зоопарка.
На удивление, отстыковались мы тихо и без проблем — и от сектантов, и от катера Инспекции. Последние направились к парочке наших преследователей — вероятно, проверять, кто они и зачем нас преследовали. А вот ныряли долго — оголодавшиеся коньки сначала неспешно кушали, съев по полтора ведёрка в каждом из двух отсеков, а потом никак не хотели нырять. Мы нырнули к Озёрску-12, окраинному ледяному гиганту у второй звезды данной системы. До базы Инспекции тут было рукой подать, но мы особо не переживали. С такой частотой молния в одно место не бьёт, к тому же на орбите планеты не оказалось никого, кроме одинокой двуместной станции мониторинга. Покрутились полдня, поели, подремали по очереди. Я успел посмотреть на своём терминале в каюте какой-то старинный сериал производства ещё Конфедерации, с непонятными выражениями и пышными одеждами.
В итоге мы выбрали курс на одинокий коричневый карлик — он был под слишком большим углом относительно нашего курса до границы, но был наименее очевидной целью.
