— Да нет же… Ты не понял, я внебрачный сын, поэтому принц лишь на словах. К престолу меня никто не подпустит. И слава богу. Более того, о моем существовании и знать-то никто не должен. Мы никогда не расстанемся. Всегда будем вместе.
— Обещаешь? – шепот у самой двери.
— Обещаю, — ответил Прайт, после чего дверь открылась.
— Тогда докажи! — пробормотал себе под нос мальчик. — Давай сделаем Это по-настоящему.
— А до этого понарошку было?
— Давай сделаем… ! – упорствовал мальчик.
— Эй! Прайт! Хватит кувыркаться со своей куколкой, мы собираемся обсудить план проникновения в замок короля с нашими новыми друзьями! Так что скорее одевайся! Я жду тебя! Прямо здесь! И прямо сейчас!
— Мне пора, — кинул Прайт, накидывая на себя чистую рубашку и впервые в жизни радуясь бесцеремонности Нерола.
— Тогда сделаем Это, когда ты вернешься, — это был не вопрос, а уверенное заявление.
— Посмотрим, — тихо кинул полуэльф и направился к двери, мысленно благодаря Нерола за его беспардонность. Но Фоби преградил мужчине дорогу:
— Пообещай, — испытующий взгляд, от которого невозможно было скрыться.
— Обещаю и это, — выдохнул Прайт, мысленно ругая себя за свою безотказность.
«Шики придурок! Ненавижу тебя!»
Слушать рассуждения вененифа по поводу того, почему Вилоне стукнуло в голову все рассказать магу, Майлза не слишком интересовали, он просто хотел…
«Чего? Чего же ты хотел?» — Велиар легкой походкой следовал нога в ногу за парнем.
— Убирайся! – тихо прошипел Майлз. — Или теперь ты собираешься ходить за мной постоянно?
«Надеялся, что он на тебя накинется? Заключит в объятья? Хотел ощутить во рту его язык?»
— Замолчи! Это отвратительно! Еще слово, и меня стошнит!
«Оу! А может, ты уже готовился к большему?»
Ответом Велиару стала захлопнувшаяся перед его носом дверь, ведущая в комнату Майлза. Для демона она вряд ли бы стала ощутимой помехой, чего нельзя было сказать о стремительно приближающейся давящей ауре вененифа. Решив оставить все на брюнета, демон щелкнул пальцами и исчез.
А Шики тем временем настроился на серьезный разговор. Хватит детских недомолвок. Сколько еще Майлз собирается морочить ему голову? Ведь это уже невыносимо! Церемониться со своим хозяином брюнет больше не собирался.
Дверь в комнату Майлза чуть не слетела с петель от злого пинка Шики. Маг, лежавший в это время на кровати лицом к стене, никак не отреагировал на столь кричащий способ вененифа обратить на себя внимание. Шики, поняв, что его жестоко игнорируют, хотел было высказать вслух все, что он думает о Майлзе и о его чертовом характере в частности, но в последний момент решил сменить тактику. Подойдя к магу, он нагло бухнулся на постель рядом с хозяином и, сложив руки под головой, уставился в потолок. Венениф не сомневался, что долго Майлз подобной близости к своему слуге вытерпеть не сможет, обязательно взбесится и попробует столкнуть вененифа с кровати. А очередной скандал стал бы отличным способом наконец-то выяснить отношения. Но минуты проходили одна за другой, а в комнате царила могильная тишина. Лишь тихое дыхание Майлза и пошлые мысли не давали вененифу покоя. Что ж, раз хозяин не против, почему бы не обнаглеть еще больше. Шики повернулся на бок, прижался к парню всем телом, уткнувшись носом ему в затылок и обняв за талию. Маг в ответ на это вздрогнул, но так ничего и не сказал. И от гнетущего безмолвия венениф разозлился лишь сильнее.
«Разве тебе нечего мне сказать? Сколько можно держать все в себе?»
Чем больше задавался венениф этими вопросами, тем больше вскипала в нем немая ярость и тем сильнее руки сдавливали Майлза.
— Мне больно, — наконец подал голос маг, дотронувшись до рук вененифа и стараясь хоть немного отодвинуть их от себя.
— Я знаю, — сухо ответил брюнет, не ослабляя хватки, — мне тоже.
— Отпусти меня.
— И не подумаю, — при этом он лишь плотнее прижался к магу, обнимая парня настолько сильно, что Майлз начал задыхаться. — Одного «прости» за предательство мне мало!
— Я… Не предавал… Тебя, — прохрипел маг, изо всех сил стараясь разъединить сомкнутые вокруг его торса руки вененифа. — Я что, не могу влюбиться?!
— Нет, Не Можешь! – каждое слово сквозило ядовитым гневом. — Ты думаешь, что я принадлежу тебе и ты мой хозяин? Но, кажется, не осознаешь, что плата равноценна. Ты в свою очередь принадлежишь мне, и никто и никогда к тебе кроме меня не прикоснется. Хочешь ты этого или нет. Ты только мой! – объятья стали настолько невыносимы, что Майлз заерзал на кровати от сдавливающей боли.
— Шики! Больно!
— А еще, да будет тебе известно, я собственник и очень ревнив. Так что смирись с мыслью о том, что у тебя никогда не будет ни семьи, ни друзей, потому что я не позволю кому бы то ни было забрать тебя у меня.
— Боль…но!!!
— И никакой приказ тебя не спасет! Я терпелив, но и этому рано или поздно придет конец. Венениф – это не милая игрушка, с которой сегодня ты играешь, а завтра нет. Я мстителен. И злопамятен. И все равно добьюсь того, чего или кого возжелаю. Словами или действиями. В конце концов, я всегда могу запихать тебе в глотку кляп и оттрахать по самые гланды…
