Соскочив с дивана, собрав все, что сбросил с себя Козырь, девушка сунула в тумбочку. Затем под скрип семечковой шелухи под ее ступнями, подошла к Ольге, с вызовом уперла руки в бока, презрительно буркнула:
— Хорошо сидишь? Туалет за углом. Захочешь, сбегай. Если сможешь, конечно.
Негодование волнами подкатило к горлу Ольги. Как она позволила посадить себя на эту цепочку? Почему у нее так нескладно все получилось? Этот Козырный, как шакал кружит вокруг Глеба. Ждет объедков со стола. Не дождется. Не на того напал. И ее не сломает. Она будет сопротивляться до последнего. Захотел наживку, а получит головную боль. От этих мыслей у Ольги посветлело на душе. Сомкнула веки. И вновь услыхала шуршание шелухи под ступнями девушки. Открыла глаза, посмотрела. Та отошла от нее и проворно кинула тело на диван. Следом, сбросив с себя одежду, Козырь выключил в комнате свет и лег рядом с нею. Сразу же его руки поползли по ее телу, сдернули трусики, и он с жадностью навалился на девушку. Диван под их сопение, пыхтение, вздохи, охи, визг, стоны и смех заскрипел всеми своими деревянными суставами.
За окном была ночь. Глаза Ольги соловели, хотя сон не шел в голову, возбужденно-нервное состояние держало в сильном напряжении. Однако диванное веселье у противоположной стены не давало возможности сосредоточиться. Ольга дернула рукой в наручниках, металл брякнул по трубе отопления. Девушка услыхала, остановила Козыря, повернула к ней лицо, томно выкрикнула:
— Ну, ты, зараза! Завидуешь? Сиди тихо!
— Не обращай внимания, — буркнул Козырь.
— Да на кого там обращать внимание, серый? — воскликнула девушка и снова двумя руками вцепилась в Козыря. — Давай, Козырный, чего ты сварился?
— Это я-то сварился? — крякнул Козырь и вновь заработал всем телом.
Их возня, стоны, крики и много разных слов метались по углам комнаты, бились о стены, стояли в ушах у Ольги. Она не была кисейной барышней, чтобы краснеть от всего этого. Но нарочитая выпуклость диванного веселья сначала раздражала, а потом стала вызывать улыбку. Особенно когда в завершение всего Козырь заскрипел зубами, захрипел, заухал и стал материться, будто произносил поэтический монолог. Не сдержавшись, Ольга прыснула смехом. Козырь сполз с подружки и его недобрые усталые глаза с блеклыми зрачками, которые, впрочем, были не видны в темноте, уставились в ее угол. Неподвижно смотрели, пока не затих смех Корозовой. Ничего не сказал, перевернулся на спину. Зато вскинулась девушка, оторвав голову от подушки, вяло спросила:
— Ты чего там, зараза? Самой захотелось?
Ответа от Ольги не последовало. Это возмутило девушку, она визгнула и проговорила Козырю:
— Издевается, Козырный! Ты бы повеселился с нею, чтобы не завидовала!
Ноздри короткого носа Козыря раздулись и задрожали, он расслабленно смотрел в потолок. Прижавшись спиной к стене, Ольга ждала, что тот скажет. И он произнес, пошевелившись через некоторое время и причмокнув губами:
— Это мы сможем.
— А потом посмеемся вместе! — обрадованно подхватила девушка.
Опустив на пол ноги, Козырь сел на диване, спросил Ольгу:
— Ну что, гусеница, повеселимся? Поглядим, на что ты способна, чего там Корозову в тебе нравится? — посоветовал. — Постарайся уж, чтобы понравилась мне, а то за мной не заржавеет, быстро ноги выдерну!
Голая подружка Козыря шустро спрыгнула с дивана, включила свет. Тот ударил в глаза, заставив на миг всех зажмуриться. Затем девушка взяла на столе ключ от наручников, подступила к Ольге, потребовала:
— Поднимись, зараза, на ноги!
Напрягаясь, Ольга не двинулась с места. Козырь прикрикнул, вторя девушке:
— Поднимись, раз говорят! Иди сюда! Не ломай комедию, гусеница! Давай посмотрим, чем ты богата!
Все складывалось очень плохо. Мозг Ольги кипел, ища выход из положения. Вряд ли в эти минуты она сможет вызвать злость и ярость Козыря, чтобы тот набросился на нее с кулаками. Его намерения были другими, и он, безусловно, хотел осуществить их. Не придумав ничего лучше, Ольга с дрожью выдохнула:
— Только подойди! — обожгла взглядом. — Только прикоснись!
Агрессивность Ольги возбуждала его. Козырь встал на ноги. Голый. Опустил концы губ вниз. Взял у девушки ключ от наручников, отстегнул руку Ольги от трубы отопления, рывком грубо поднял женщину с пола. Она стала отбиваться упорно и решительно. Но Козырь быстро скрутил ее, заломив руку назад. Держал Ольгу, пока девушка срывала с нее одежду. Но стоило ему отпустить ее руку, Ольга вывернулась, впилась зубами в плечо Козырю, ногтями вцепилась в лицо. Тот зло отбросил ее от себя. Матерясь, замахнулся, но не ударил. Она стукнулась о стену, согнулась, сжалась. Козырь схватил ее и толкнул к дивану. Его подружка вцепилась в Ольгу, повалив ее и держа руки. Козырь перевернул Ольгу на спину и жадно навис над нею. И в этот миг она изо всех сил коленкой ударила его в пах. Удар был чувствительным, заставил Козыря скрючиться, заскрипеть зубами, замычать бессвязно. Ольга оттолкнула девушку, вырываясь. Но та вновь с визгом, как дикарка вцепилась в нее, не давая подняться, и торопя Козыря:
