Разве можно сказать такое женщине, которая кормила тебя, когда ты сам не мог донести ложки до рта, и выносила за тобой ночной горшок?
Ведьма могла бросить его, израненного и беспомощного, и уйти. Но не ушла. Она имеет право спрашивать. А он обязан уважить её ответом.
— Старый лорд Лиам был любовником моей матери, — Кай понурил голову. Признаваться в том, что ты — ублюдок, рождённый вне брака — не самое приятное занятие.
— Ты… брат лорда Галивия? — Тёмные брови удивлённо поползли вверх.
— Единокровный, — угрюмо кивнул Кай. — А моя невеста — внучатая племянница Старого лорда. Женившись на ней, я получу законное имя. Надеюсь, всё теперь ясно?
— Более чем, — девушка кивнула. — Ясно и гусю, что Галивий не способен зачать дитя, и ваш с Айли ребёнок станет полноправным наследником, а потом и владетелем Зелёного Простора. Так?
— Именно, — Кай тяжело вздохнул. Всю эту хитросплетённую схему придумал его будущий тесть.
— Не терзай себя, Кайден. — Так странно и непривычно было слышать, как она зовёт его по имени. Он даже вздрогнул.
Вейлинн наклонилась к нему, и Кай закрыл глаза. Отчего-то он не сомневался, что сейчас почувствует сладкий вкус манящих губ, но девушка лишь бережно укрыла его пледом.
— Спи, — сказала она. — Набирайся сил, солдат. Скоро они тебе понадобятся.
И он уснул. Провалился в черноту глубокого сна без сновидений. Лишь в самый тёмный предрассветный час ему пригрезилось, будто ведьма всё-таки поцеловала его. Долго и сладко, жадно и так горячо, что в паху мучительно заныло. Кай гладил девушку по спине и ягодицам, сжимал ладонью полную грудь, ощущая, как под тканью напрягаются соски. Хотелось большего, и Кайден, задрав её юбки, провёл ладонью по шелковистому бедру. Мечтал он только об одном: насадить девчонку на твердокаменный член и сделать так, что бы она выкрикивала его имя снова, и снова, и снова…
Когда он проснулся, её уже не было. На перевёрнутой бочке рядом с лежанкой Кай обнаружил кувшин молока, ломоть хлеба с вонючим козьим сыром и записку.
От дурного предчувствия противно засосало под ложечкой. Дрожащие пальцы развернули бумагу, и взору открылись ровные строчки. Изящные, с завитками, буквы, были выписаны с завидной аккуратностью, но смысл слов ранил глубже самого острого ножа:
Кай вымотался и замёрз. С утра с серого неба посыпалось снеговое крошево, и ветер швырял его горстями прямо в морду.
"Я убью её, когда отыщу, — сердито подумал Кайден, споткнувшись о выбоину. — Придушу чертовку!".
Хотя нет. Убить он ведьму никак не мог: священная клятва не позволяла. Но вот влетит девчонке основательно. По первое число.
Он замерз так, что не чувствовал пальцев. В сапогах хлюпало — вчерашний ливень превратил дороги в грязевую реку. Последнюю ковригу Кай доел два дня назад, а заработанные колкой дров монеты потратил на шнапс — надо же как-то согреваться!
И теперь он брёл, голодный, промокший и не до конца протрезвевший по широкому Кедровому тракту. Брёл и проклинал тот день, когда вытащил из петли пойманную вилланами ведьму.
— Чтоб тебя черти взяли, Вейлинн из Эльса! — рычал Кай и, словно живой мертвец, ковылял вперёд.
Он мог бы вернуться. Да, он мог бы повернуть и добраться до Простора к Рождеству. Вполне мог бы. Но…
Дома ждала неизбежная свадьба с ненавидящей его Айли и тяжёлый разговор с лордом Галивием. Кто-то ведь должен поведать владетелю горькую правду о судьбе его людей.
Леот и Брох мертвы. Бригг, Айван и Эд бесследно исчезли…
— Будь ты проклята, ведьма! — крикнул Кайден в морозную пустоту. — Будь ты проклята!
За что он её проклинал? Кай и сам не понимал толком. Слишком уж он измучился, а шнапс вытворял с нм пакостные шутки: живот противно урчал, а тошнота то и дело подкатывала к горлу. В голове гудело, во рту пересохло, а спать хотелось так, что ноги подкашивались. Но Кай продолжал упрямо переставлять их.
Чёртова ведьма!
Он вышел на её след еще в Белой Роще. Девчонка помогла жене местного головы благополучно разродиться. В награду получила лошадь — свою же пегую кобылку. Кайден в жизни не догадался бы, куда беглянка направится после, но Вейлинн допустила роковую ошибку: она попросила деревенского кузнеца снять ошейник.
"Обещала любую прихоть исполнить, — поведал красномордый детина. — Сними, говорит, и проси, что пожелаешь".
"И что же ты попросил?" — хмуро поинтересовался Кай.
"Ну… — здоровяк расплылся в улыбке и почесал брюхо. — У бабёнки с такими сиськами я бы только одно попросил. Да вот только не под силу мне ошейник снять. Мало кто такое умеет. Вот и отправил я её…".
Кузнец отправил её в Шатгард — город мастеров. Там и только там рукодельные искусники моги расковать заговорённый ошейник без дозволения Священного совета.
