Работников проверяли — как стало понятно уже позднее — множество раз. Иногда топорно и очевидно, вроде «забытой» пачки денег на столе — возьмет или нет? Другой раз настолько хитро, что и не поймешь, проверка ли это. Все приглядывают за всеми. Кто доносит хозяину в случае проступка? Что ждет провинившегося?
Девушку никогда никто не домогался, хотя Джон и поглядывал с интересом. Наверное, захоти он, и служанка без разговоров легла бы в его постель.Но хозяину женщин хватало и так. Если внешне клан выглядел вполне прилично, вполне в рамках общественной морали, внутри случалось всякое — и долгие загулы, и многочисленные визиты дам из домов терпимости.
Наверняка это тоже была своеобразная проверка — не побежит ли девушка рассказывать о «нравах» семьи. Не захочет ли запрыгнуть в объятия господина, стать не служанкой, но любовницей. И то, что Алевтина таких поползновений не проявила, возможно, спасло не только ее карьеру, но и жизнь.
Впрочем, по итогу, проклятье Стюартов ее все же настигло.
Проработав в усадьбе больше десяти лет, Алевтина насмотрелась всякого. Но благоразумно помалкивала, чем и заслужила некоторое «доверие» хозяев.
Сколько странных поручений пришлось выполнить за это время — не перечесть. Приходилось отмывать пол залы от странных рисунков (уже знакомая нам «Печать Кроноса», например), не раз девушка замечала кровь — на грязной одежде, на забытых вещах. Порой люди приходили в усадьбу, и не выходили оттуда… никогда. Никто не задавал лишних вопросов. Как обычно это бывает, два лучшие лекарства от болтливости: страх и деньги. Кнут и пряник.
Мало того, что городская стража и жандармерия буквально в рот Стюарту смотрели, исполняя любые его указания. У семьи имелась личная «приближенная» гвардия, хоть это, кстати, и запрещено законом. »Серые»люди, небольшим количеством, зато отличающиеся незаурядным качеством. Что характерно, среди них не случалось ни магов, ни аскеров. На вид — обычные обыватели. Только ничего на свете не боящиеся и выполняющие любые приказания хозяев.
Этих «серых» девушка боялась едва ли не больше всего на свете. Ей казалось, что рано или поздно они явятся за ней. С теми же непроницаемыми лицами — заберут и уведут в неизвестном направлении. Откуда нет ни возврата, ни вестей. Потому что ты будешь уже мертв. А может, и что похуже.
Порой Стюарты исчезали из поместья, не появляясь там месяцами. Потом вдруг возвращались, появляясь, как из ниоткуда. Так периоды затишья и спокойствия сменялись для прислуги неделями напряженной работы.
