Ларри создал громадного кондора и направил его против орла. Лайэллон рыцарским кодексом не заморачивался и создал еще одного. Между стволами деревьев-великанов закипела схватка. Вот кондор Ларри начал потрескивать и мигать. Затрещал кондор Лайэллона. Вдруг из ниоткуда вылетел феникс и вцепился в спину орла, потом обхватил его крыльями, и они грохнулись вниз. Задымили кусты и трава. Вдруг феникс и орел пропали, и на их месте остался обгоревший рослый мускулистый мужчина, который с руганью бросился на Ларри. Ударил кулаком, целясь в лицо. Кулак отвел подставленный блок, а в челюсть мужчины впечатался тяжелый кулак Ларри.
Будучи помладше парень боролся с гномами. Потом его спарринг-партнерами стали полуорки. И сила у Ларри была такая же. Под его кулаком что-то хрустнуло и мужика отбросило спиной на дерево. Орел взревел и снова атаковал. Ларри подпрыгнул и всадил в его грудь обе пятки, обутые в сапоги из бычьей кожи с окованной мифрилом подошвой. Наука маленького ханьца пошла впрок. Мужика снова отбросило к дереву и, грохнувшись головой об ствол, он отключился.
Пришел в себя и увидел нагло ухмыляющуюся морду Стального Волка. Волк покрутил лапой у виска и сказал:
— Вирг, ты совсем чокнулся на старости лет? Ларри с полуорками голыми руками справляется. Орков пока еще не валит с одного удара. Но, ничего. Это дело поправимое. Еще потренируется. Какого хрена, ты, на него кинулся? И вообще, что ты, тут делаешь?
— Волк, ты, что его знаешь? — спросил Ларри.
— Да. Это — Демиург.
— Орел? Орел!!! Ах ты, тварь! — в ту же секунду кулак Ларри впечатался в лицо Вирга. Хрустнуло и из носа хлынула кровь. Вторым ударом парень сломал ему пару ребер и рявкнул:
— Это тебе за Ульвина! — хук правой в висок Вирга и тот, завалившись на бок, снова потерял сознание. Волк стал над бесчувственным телом и рыкнул:
— Ларри, уймись. Гнома не вернешь, а Вирг может пролить свет на давние события и дать ответ на некоторые вопросы. А добить, ты, его все равно не добьешь. Демиург бессмертен.
— Зато душу отведу, — Ларри с размаха пнул по ногам поверженного врага мифриловым носком сапога и сел на лежащий ствол дерева рядом с Лайэллоном. Миури висели в своих химерах неподалеку. Шкор и Мустанг подошли на зов хозяев и стали рядом.
Через несколько минут Вирг пришел в себя. Избитый, обожженный, с распухшим носом и заплывшим глазом демиург представлял из себя весьма жалкое зрелище. Сплюнул сгусток крови вместе с парой зубов, потрогал разбитый нос, сморщился и застонал. Попытался сесть ровнее и взвыл от боли в сломанных ребрах. Уставился на Стального Волка и спросил:
— Краян!? А, ты, почему в таком виде?
— Потому, что не надо было эльфиек брюхатить, — буркнул все еще не остывший Ларри. Вирг уставился на Волка:
— Это кто? Я ощутил его, как и недоноска Храванона, но таким кулаком дракона свалить можно.
— Это мой прямой потомок. Твое счастье, что ты, был в боевой ипостаси. Иначе Ларри тебе в мозги кусок свинца загнал бы, — просветил его Волк. Парень отсалютовал кольтом и убрал его в пространственный карман.
— Как, тебе, пришло в голову убить разумного?! Ты же, знаешь Закон! Питаться, как вампиры мы не имеем права, — наседал Волк.
— У меня не было выхода. Я, проиграл. По собственной дури. Храванон лишил меня возможности использовать Силу и заточил в пещере. Я, хотел знать, что с Иримэ и моим ребенком. Что здесь произошло? Что с городом? — выдал Вирг.
— «Вот и приплыли, — влетел всем в головы басовитый рык Дэйла, — может быть, пусть Брат его за Ульвина поучит немного? Разомнется заодно. Убить не убьет, но злость сгонит».
Вирг уставился на жуткую костистую тварь, от которой просто несло нежитью. И чувствовалась Сила, очень похожая на Силу того, кого он убил. Только в разы больше. Вирг почувствовал себя очень неуютно.
Постарался усесться поудобнее и снова взвыл от боли в сломанных ребрах. Так его еще не избивали.
— Краян, а чувствуется твоя кровь. Ты, всегда был здоров кулаками махать. Медведя одним ударом мог свалить. Как, ты, дошел до жизни такой? — Вирг снова скривился и сплюнул обломок зуба.
— А, ты, как? Непобедимый и неуловимый. Тебя, как Храванон приложил? И кто он такой, кстати? — огрызнулся Волк-Краян.
— А вы что, не знаете? — Вирг аж стонать перестал.
— Откуда? Мы даже не знаем, сколько тысяч лет с тех пор прошло. Ты, на деревья посмотри, — посоветовал Волк. Дэйли выпрыгнула из саблезуба, подошла к нему, встала на задние лапы и отвесила благоверному увесистую оплеуху. У того аж зубы клацнули и гул пошел по всему лесу.
— За что?! — взвыл Волк.
— «За то, что я до сих пор не знала, как тебя зовут», — рявкнула Дэйли и отвесила муженьку еще более увесистую оплеуху другой лапой. Опять загудело. Волк потряс башкой. Когда он проморгался Дэйли заявила:
— «Теперь будем звать тебя Краян. Мне понравилось»! — и, гордо взмахнув пушистым хвостом, уселась около мужа.
— Краян, это кто? — спросил Вирг.
— Это — моя жена-миури. Мать моих щенков. И похожи на нее как! На моего шурина, впрочем, тоже.
