Патриция и не знала, что есть такой остров. Наверное, его название произошло от вечно клубящихся вокруг него туманов. Чего только нет в море! Морская гладь — это целый мир. А что скрывается под нею? Стоило подумать о царстве русалок и водяных, как в воде мелькнули чешуйчатые тела, на которых нарос жемчуг. Они были видны даже в тумане. Там, где проплывали они, туман рассеивался.
Руль двигался сам собой, так что с курса корабль не сбился. Рулевой на борту «Кровососа» никогда был не нужен. Хоть ветра и не было, но паруса оставались надутыми. Хорошо, иметь волшебный корабль! Еще лучше, если бы к нему не прилагалось волшебных врагов.
Гоблины чуть не схватили какую-то фею-лазутчицу, пробравшуюся на корабль в тумане.
— Они накинули на нее сеть, но она вырвалась, — доложила Нетопырина. — У нее костяные крылья. Они сумели разрезать даже волшебную сеть из болотных нитей Зелигены. Мертвые феи невероятно сильны.
— Не называй мою сестру мертвой феей!
— Почему вы решили, что это была ваша сестра?
— А почему ты решила, что она мертвая?
— Я чую ауру смерти и склепа, а еще аромат могильных роз, — Нетопырина принюхалась. — Туман немного смягчает ощущения, но клянусь, такой туман должен висеть над проклятой королевской гробницей в Опале, а не над морем.
— Тогда каким образом он оказался над морем?
— Его принесла фея туманов.
Очевидно, названия фея туманов и мертвая фея обозначали одно и то же существо. Патриция старалась особо не задумываться над тем, что этим существом стала ее родная сестра. Ну, почему для своих магических экспериментов король Опала выбрал именно Беатриче? Ответ напрашивался сам собой. Потому что Беатриче могла стать отличной приманкой для сбежавшей Патриции.
— Нам бы сейчас сюда пылающий драконий корабль! Он бы сумел развеять туман.
— Но мы могли сгореть из-за него, капитан, — шумно возразила Нетопырина и захлопала крыльями. — Я не даю гарантии, что наш «Кровосос» сгорит в огне. Может, и не сгореть, но поскольку мы не знаем, откуда взялся корабль-дракон и какая магия в нем заложена, лучше с ним не встречаться. Есть риск погибнуть.
Нетопырина была права. Если от корабля-дракона сгорали даже русалки и морская вода, то они могут при встрече с ним не выжить.
Из воды под бортом показались перепончатые лапы водяных и раздались голоса, похожие на шум прибоя. Туман водяным не нравился. Они роптали и посылали проклятия в адрес туманных фей. Патриция испугалась, что лапы водяных вцепятся в корабль и не дадут ему плыть дальше. Хоть корабль и был большим, но водяных созданий из моря высунулась целая рать. Лап с перепонками насчитывались сотни и тысячи, и все они тянулись к бортам корабля.
На одной лапе сверкнул жемчужный перстень.
— Мы поможем вам выплыть из колдовского тумана в обмен на одно условие! — водяной высунулся из волн. Его желтые глаза горели азартом. Коралловый гребень нарос у него на лбу, как корона.
— Какое условие? — Патриция насторожилась и крепко сжала саблю, которой явно хотелось напасть на водяных.
— Всего-то малость! Нам нужна одна девушка, бочонок рома и сундук золота.
Патриция не успела прийти в возмущение от такой наглости, как глаза водяного изумленного расширились. Кажется, он чего-то испугался. Патриция даже обернулась, чтобы проверить чего именно. Не стоит ли за ее спиной великан? Вроде нет. Не мог же водяной испугаться ее.
— А, это вы! — промямлил он. — Я и не думал, что вы всё еще бороздите моря, не взирая на риск столкнуться с пламенным кораблем. Ну, ладно, я помогу авансом.
Водяной нырнул назад в волны. Зато на поверхность вынырнули удивительные существа, у которых из спин росли чешуйчатые крылья. В сочетании с рыбьими хвостами крылья смотрелись причудливо, зато водяные существа разогнали каких-то созданий, парящих в тумане. Вместе с ними начал рассеиваться и сам туман.
— Будьте вы прокляты! Морские уродцы! — послышался вдали недовольный голос Беатриче. Туман перестал быть ее прикрытием, и стало видно, что она парит над морем.
Патрицие хотелось зажать уши. Ее милая и нежная сестренка никогда не произносила ругательств при жизни. После смерти она бранилась, как разбойница с большой дороги. И так ведет себя фея! Наверное, мертвым феям можно всё то, чего нельзя живым. Этикет Беатриче не соблюдала. Она взлетела над мачтами корабля и попыталась драться с водяными существами. Туман нитями выскальзывал из кончиков ее пальцев и силился связать морских защитников корабля. Борьба продолжалась длительное время. Затем снова раздалась брань проигравшей феи.
Беатриче не выстояла против водяных и улетела вместе с туманом. Улетая, она расточала угрозы. Казалось, что она сеет кинжалы над морем. На телах некоторых водяных действительно появилось что-то вроде ран. Казалось, что Беатриче их порезала. Но разве можно порезать словами?
Из ран водяных текла не кровь, а вода. Патриция не представляла, что есть такие создания, у которых в венах вода вместо крови.
