Исторически сложилось так, что наш флот не располагает заморскими базами, и, прежде чем выйти в океан, корабли должны преодолевать огромные пространства, форсировать узкости и проливы, находящиеся под контролем империалистических держав или их союзников. Все это накладывает отпечаток на конструкцию и тактико-технические элементы советских кораблей, которым свойственны высокие мореходные качества, большая дальность плавания, автономность, высокая боевая устойчивость, надежность и моторесурс механизмов и систем. Вот почему вслед за дизель-электрическими лодками, впервые вооруженными крылатыми и баллистическими ракетами, в начале 60-х годов последовали атомные, способные подолгу находиться в походе и развивать высокие скорости под водой. Эти качества не раз были подтверждены на учениях и в походах. В 1962 году советская атомная подводная лодка «Ленинский комсомол» достигла Северного полюса, а в 1966 году группа советских атомных лодок совершила беспримерное в истории кругосветное подводное плавание без всплытия на поверхность.
Кроме стратегических атомных подводных ракетоносцев, в советском флоте для борьбы с подводными лодками и надводными кораблями противника есть многоцелевые подводные лодки, вооруженные различными крылатыми ракетами и дальноходными торпедами. Такой путь развития подводных сил присущ только нашему флоту.
Самобытным путем развивались и надводные корабли нашего флота — ракетные катера, десантные корабли на воздушной подушке, торпедные катера на подводных крыльях, ракетные крейсера типа «Варяг» с мощным ракетно-артиллерийским зенитным оружием, атомные ракетные крейсера типа «Киров».
Летом 1967 года в составе отряда советских кораблей, плававших в Средиземном море, появился первый советский авианесущий корабль — противолодочный крейсер «Москва», вооруженный вертолетами. А через некоторое время, на несколько лет раньше английских авианесущих крейсеров типа «Инвинсибл», советские кораблестроители создали новый противолодочный авианесущий крейсер типа «Киев», на который наряду с вертолетами базируются и самолеты вертикального и укороченного взлета и посадки.
«...Я поднялся на борт «Киева», — вспоминает адмирал флота Г. М. Егоров, который командовал тогда Северным флотом. — Началось первое беглое знакомство с кораблем и экипажем. Командир корабля показал мне огромный ангар. Трудно было поверить, что это одно из корабельных помещений. Затем мы прошли на стартовый командный пункт авиации, на центральный командный пункт. Побывали в кают-компаниях офицеров крейсера и летчиков... Ярче всего запечатлелся в моей памяти тот момент, когда из ангара на полетную палубу специальным подъемником была подана первая пара самолетов. Со стартового командного пункта тотчас последовало разрешение на взлет. Из-под сине-зеленых корпусов боевых машин вырвалось упругое пламя. Стойки шасси распрямились, самолеты как бы нехотя приподнялись над палубой, на миг замерли в неподвижности, чуть опустив носы, и вдруг, будто выстреленные, ринулись в небо. Рев двигателей прокатился по палубе и словно канул в море. Так пара за парой все самолеты покинули крейсер. А потом один за другим стали возвращаться на него».
