Дакар знал заклинания, которые сейчас могли бы ему помочь, но сил произнести их по всем правилам у него не было. Он кое-как пробормотал молитву к Эту, попросив Творца побыстрее протащить его под Колесом Судьбы.
Безумный Пророк не представлял, что ждет его после смерти, но решил предпочесть смерть плену у Бридионов. Братья, конечно же, бросят его в какое-нибудь подземелье и там будут медленно уничтожать. От крысиных укусов у него распухнет все тело. Но что самое скверное — Аритон улизнул целым и невредимым, если не считать порванной одежды.
Это надо же — такой блестящий замысел и такой сокрушительный провал. Дакар внутренне сжался. Он вдруг понял, что смерть его не спасет. Асандир так зол на него, что, пожалуй, заставит самого Даркарона вернуть душу в тело.
Виновных братья Бридионы привыкли допрашивать с пристрастием и без каких-либо церемоний. Обычно допрос происходил в глубоких и мрачных подземельях арсенальной башни, но теперь туда было не добраться. Согнанные на работу солдаты и ремесленники уже успели потушить пожар и теперь рылись во влажном пепле, извлекая оттуда уцелевшее оружие и амуницию. У Бридионов имелось еще одно подземелье, но там сейчас томились торговцы стеклом, схваченные по подозрению в мошенничестве. Не желая тратить время и ждать, пока узников переместят, герцог Брансиан решил проводить допрос прямо в своем кабинете. На Дакара надели шейные кандалы и вновь поволокли по знакомой лестнице наверх. Солдаты грубо подталкивали его кольчужными рукавицами. Не дав отдышаться, Безумного Пророка втащили в комнату, где несколько часов назад он появился под видом торговца драгоценными камнями. Теперь комнату заливал свет четырех массивных напольных канделябров, стоявших по углам. Чумазый, весь в ссадинах, Дакар судорожно глотал воздух. Ноги отказывались его держать, и он сполз на пол возле комода, откуда утром Кельдмар доставал мечи. Дверцы комода и сейчас были открыты, но братья отличались бдительностью. Не обманываясь изможденным видом Дакара, они опять велели покрепче связать ему руки. Почему никто из братьев не закрыл комод — для Безумного Пророка оставалось загадкой. Напрасно Дакар лелеял надежду облегчить свою участь красноречием. Он не знал правителей Алестрона. Когда начальник караула Таррик не сумел вразумительно объяснить, каким образом лазутчик пробрался в тщательно охраняемый арсенал, у Бридионов лопнуло терпение. Они приказали содрать с Таррика одежду и высечь, ничуть не тревожась, что на их роскошном ковре могут остаться кровавые пятна.
Дакара трясло. Он закрыл глаза и с удовольствием заткнул бы себе уши, чтобы не слышать стонов Таррика. Это был честный, неподкупный и преданный Бридионам офицер, знающий свое дело. Братья не желали верить, что против коварства Аритона не устоял бы ни один алестронский караульный.
Только ощутив у себя на загривке чью-то забинтованную руку, Дакар сообразил, что рассуждает вслух.
— Что ты сказал? Повтори! — услышал он требовательный голос Меарна.
Младшему Бридиону не сиделось на месте. Он расхаживал взад-вперед. Свой щегольской бархатный камзол он сменил на ярко-красный кожаный наряд для верховой езды с медными наплечными пластинами. Огонь опалил Меарну локон, погоня за Аритоном стоила ему расцарапанной щеки, поврежденной пятки и обожженных кистей рук. Все это делало младшего из братьев еще более вспыльчивым и раздраженным.
Дакар попытался отделаться невразумительным бормотанием.
— Повтори! — зарычал Брансиан и слегка махнул рукой. Угрюмый рябой человек, исполнявший роль палача, замер с поднятой плеткой. Стало тихо.
— Я вас уже предупреждал, что вы имеете дело с магом. А сейчас я сказал, что вы наказываете ни в чем не повинного человека.
— Неужели?
Герцог подался вперед и ухватил болтающийся хвост плетки. Торопясь провести дознание, он даже не умылся и не снял с себя закопченных доспехов. Зажав в кулаке окровавленные ремни, недавно гулявшие по спине Таррика, Брансиан вырвал плетку из рук своего приспешника.
— Если Таррик не виновен, значит, виноват ты. Брансиан слегка качнул рукояткой плетки, и сейчас же двое усердных холуев бросились к несчастному Таррику.
— Уберите его с ковра, — приказал Брансиан. — Но руки пока не развязывать.
Один глаз герцога распух и заплыл. Второй, полуприщуренный, изучающе разглядывал Дакара.
— Итак, ты тоже впутан в это дело. Сам знаешь, какой ущерб нанес нам этот Повелитель Теней. Кто он? Как ты познакомился с ним? И самый главный вопрос: почему ты его предал?
— Если хочешь выбраться отсюда живым, тебе придется выложить нам все начистоту, — добавил Меарн.
Дакар не сводил глаз с тяжелых пальцев Брансиана, мявших ремни плетки. Облизав пересохшие губы, он торопливо произнес:
— Я расскажу обо всем. С чего начать?
