В рамках различных направлений живописи минхва существует движение, которое можно рассматривать как самостоятельный стиль – оно известно как мунджадо; этим термином обозначается тип ширмы, которой украшали спальни хозяев домов. Особенность этого предмета в том, что он украшен китайской каллиграфией – крупными иероглифами, чтобы демонстративно показать, что владелец ширмы является образованным интеллектуалом. В дальнейшем термин мунджадо стал относиться ко всему корейскому искусству каллиграфии. Изображаемые персонажи представляют собой определенное количество добродетелей, характерных для конфуцианской идеологии, створки также украшаются второстепенными мотивами, усиливающими декоративность или добавляющими юмористические элементы по отношению к основной каллиграфии. В Южной Корее есть немало выдающихся художников-каллиграфов, в том числе Ким Чон-хуи (1786–1856), который разработал свой собственный стиль, известный как стиль чуса. Он творил настолько умело, что им восхищались даже китайские мастера этого жанра.
Иероглиф Чун из мунджадо, тушь и светлая краска на бумаге, Корея, вторая половина XIX века, династия Чосон.
Наконец, среди множества традиционных корейских искусств следует отметить изысканную технику джихва, которая заключается в складывании бумаги в форме цветов. Цветы, изготовленные из корейской бумаги ханчжи, могут использоваться как украшения для торжественных случаев или как предметы для сжигания во время некоторых шаманских или буддийских ритуалов. У джихва, признанного ЮНЕСКО частью нематериального культурного наследия человечества, есть несколько великих мастеров, в том числе художник Чжу Хван-ли, более известный под монашеским именем Сок Йонг. Его цветы из сложенной бумаги служат доказательством того, что Южная Корея – бесконечно разнообразная и утонченная страна, когда речь заходит о традиционном искусстве. Это еще одно подтверждение того, что даже если страна развивается с бешеной скоростью и не опоздала на поезд современности, она еще не готова разорвать связь со своим богатым тысячелетним наследием.
Мунджадо с цветами и птицами, вторая половина XIX века, тушь и акварель на бумаге, блок.
Одна из сцен фильма Ён Сан-хо «Поезд в Пусан».
Культовая сцена из не менее известных «Паразитов» Пон Джун-хо, в доме, из которого пытается сбежать семья.
Всего за полвека Южной Корее удалось утвердиться в качестве ведущей кино-страны в Азии.
В истории кинематографа случай с Южной Кореей – это что-то действительно впечатляющее, ведь стране удалось развить сильную киноиндустрию в рекордные сроки, несмотря на сложные взлеты и падения, которые пережил полуостров с политической точки зрения. Все началось в 1953 году, с окончанием гражданской войны. Южная Корея открыла для себя американские фильмы, которые быстро оказали эстетическое влияние на всю страну и пробудили кинематографические устремления корейцев: в университетах открылись кинофакультеты, а в Аняне, неподалеку от Сеула, была открыта крупнейшая в Азии киностудия. Чтобы ограничить американское влияние, корейское правительство ввело систему квот для поддержки местного производства. Это стало началом золотого века корейского кино. Хотя многие фильмы, снятые в этот период, были утеряны, некоторые шедевры, такие как «Служанка» Ким Ки-ёна и «Шальная пуля» Ю Хён-мока, остаются символами времени, когда местное кино все еще использовалось в качестве отдушины после травм, оставленных войной.
Местное кино все еще использовалось в качестве отдушины после травм, оставленных Корейской войной.
В 1961 году в результате военного переворота, последовавшего за студенческой революцией, в стране установилась диктатура. Быстро был принят закон, резко ограничивающий условия для создания кинофильмов: чтобы выпустить фильм, теперь требовалась лицензия, выданная правительством, которое одобряло только около пятнадцати фильмов в год. К этому добавилась вездесущая цензура, которая резко ограничивала тематику и тормозила развитие седьмого вида искусства в стране. Только после политической либерализации конца 1980 годов корейское кино смогло обрести новую жизнь и более открыто заявить о своей уникальности по отношению к азиатским аналогам.
