Он ощутил, как на глаза его навернулись слезы. Он вспомнил, как она… мать — не мать… Ева… глядела на него сегодня дома, когда они случайно столкнулись на лестнице — Адам заходил к умирающему отчиму, а она… отказавшаяся от него и возненавидевшая его, стерегла его словно лютый хищник…
Он вытер слезы.
Не дождется она от него слез… Прошло время, когда он плакал и рыдал тайком из-за ее слов…
А ведь прежде все было вроде у них иначе. Или ему казалось по малолетству, по глупости, когда он так славно и беззаботно жил с бабкой в Москве и она… мать — не мать… Ева изредка звонила ему, спросить, как его успехи в школе…
Можно ли считать их прошлую жизнь, их прежнее общение нормой?
Наверное, да… Так ведь многие живут…
Череп, водруженный на палку, словно изучал его темными провалами глаз. Словно чего-то ждал…
Обезглавленный скелет покоился на своем погребальном костре. Потому что куча камыша представлялась Адаму в его воображении именно
Для казни и погребения все было готово.
Но он не хотел совершать казнь в одиночку. Ведь даже если мы кого-то сильно ненавидим, если желаем кого-то уничтожить за боль, причиненную нам так бессердечно и беспричинно, мы все равно жаждем понимания…
И любви…
Даже в роли палача нам хочется, чтобы кто-то смотрел на нас с добротой и любовью. Полностью поддерживая, защищая от бед и невзгод.
Та малявка из дома на озере, где кого-то отравили ядом… где когда-то бушевали страсти и правила бал свой смерть… Маленькая полуиностранка, наследница,
То, что этот маленький ребенок… девочка Лидочка, обремененная страшным семейным наследством, приняла его в его тотальном одиночестве и подружилась с ним, сразу стало для Адама чем-то очень важным. Очень ценным. Они ведь с ней были одной крови… Одного поля ягоды… В их семьях все шло наперекосяк, не так, как у других…
Адам хотел, чтобы девочка присутствовала на казни.
Чтобы она сама увидела все своими глазами. Пусть и в столь малом возрасте.
Чтобы она и впредь, когда станет старше, оставалась целиком на его стороне и никогда не осуждала бы его, слыша от взрослых их собственные версии событий, их личные лживые басни…
Чтобы она не отворачивалась от него, даже если весь мир следом за
Домашний отдых полковника Гущина, Клавдия Мамонтова и Макара длился недолго — с раннего утра они уже находились в бронницкой полиции, куда доставили не только Дарью Лаврентьеву, но и Костяна Крымского из далекой Шатуры.
Полковник Гущин в арендованном кабинете внимательно прочел протокол допроса Дарьи следователем и снял очки.
— Нам надо определиться, что у нас в сухом остатке. Три убийства… Два фигуранта задержаны, третьего подозреваемого — сына Лаврентьевой — я выпустил из-под стражи, хотя теперь его благоверная изменила свои первоначальные показания по поводу его алиби. Да и сам он показания поменял. Я вас хочу послушать, какие у вас соображения? — Он оглядел Клавдия Мамонтова и Макара.
— Убийство Маркиза — сожителя Евгении Лаврентьевой — стоит особняком, — ответил Клавдий Мамонтов.
— Вот именно, — подхватил Макар. — Опираясь на улики и выводы экспертизы ДНК, можно определенно сказать: Маркиза убили в доме шаманки, и сделала это она сама. А если опираться на показания Костяна Крымского и Дарьи, то… картина вырисовывается следующая: судя по одежде, в которой его похоронили на участке, по его полному неглиже, события развивались в доме так: Маркиз встал среди ночи с любовного ложа с целью ограбить Евгению Лаврентьеву, вскрыть тот самый ее домашний сейф, забрать деньги и сбежать от надоевшей любовницы. Планировал ли он увезти Дарью с собой, неизвестно, я склоняюсь к мысли, что он хотел просто поживиться деньгами, он же уголовник и всем задолжал, даже родному братцу. Пока он возился с сейфом, Евгения проснулась, застукала его. Между ними завязалась ссора и драка — он схватился за нож и порезал ее, а она пустила в дело топор и убила его. Спонтанное убийство во время скандала и потасовки. И с целью самообороны.
— Да, я согласен с тобой, — полковник Гущин кивнул. — Евгения Лаврентьева — убийца Маркиза. Она пыталась избавиться от тела, хотела его расчленить и вынести из дома, похоронить в лесу. Но расчленить не смогла до конца, не справилась, поэтому была вынуждена закопать труп прямо в саду. Вопрос — принимала ли участие в убийстве Анна? Я теперь думаю — нет. Вряд ли она в ту ночь, когда полуодетый Маркиз вскрывал сейф, находилась у них дома. При ней он бы не стал грабить. Но Евгения могла впоследствии ей признаться.
