Татары прекрасно понимали, что на сей раз идут не грабить, а спасают свою шкуру, и дрались как бешеные. Накал битвы достиг высочайшего напряжения. Доходило до того, что крымчане пытались разломать ненавистные щиты руками, а янычары грызли их зубами и рубили ятаганами. Но русские не собирались выпускать извечных грабителей на волю, дать им возможность отдышаться и вернуться снова. Кровь лилась весь день – но к вечеру гуляй-город продолжал все так же стоять на своем месте.
В русском стане лютовал голод – ведь гнавшись за врагом, воины думали об оружии, а не о еде, попросту бросив обоз с припасами продовольствия и питья. Как отмечалось, «в полках учал быть голод людям и лошадям великий».
Татары пребывали в бешенстве. Они привыкли не драться с русскими, а гнать их в рабство. Османским мурзам, собравшимся править новыми землями, а не умирать на них, тоже было не до смеха. Все с нетерпением ждали рассвета, чтобы нанести завершающий удар и наконец-то разбить хрупкое с виду укрепление.
С наступлением сумерек воевода Воротынский взял с собой часть воинов, по лощине обошел вражеский лагерь и затаился там. А ранним утром, когда после дружного залпа по атакующим османам навстречу им устремились бояре во главе с Хворостининым и завязали жестокую сечу, воевода Воротынский неожиданно ударил врагам в спину. И то, что начиналось как битва, мгновенно превратилось в избиение.
Доктор отдышался после эмоционального рассказа.
Марфа и Тихомир слушали его, широко раскрыв глаза.
Тихомир спросил:
– Поэтому в этой битве погибло больше ста тысяч человек?
Доктор кивнул:
– На поле у деревни Молоди защитники Москвы полностью уничтожили всех янычар и османских мурз, на нем погибло почти все мужское население Крыма. И не только простые воины – под русскими саблями полегли сын, внук и зять самого Девлет-Гирея. Имея втрое меньше сил, нежели у врага, русские воины навсегда устранили исходящую из Крыма опасность. Живыми удалось вернуться не больше чем двадцати тысячам из отправившихся в поход – и больше уже никогда Крым не смог восстановить своих сил.
Это было первое крупное поражение за всю историю Османской империи.
Потеряв на русских границах за три года почти двадцать тысяч янычар и всю огромную крымскую армию своего вассала, османы отказались от надежд завоевать Русь.
Тихомир высказался:
– А что же Европа?
Доктор пояснил:
– Победа русского оружия имела огромное значение для Европы. В битве при Молодях мы не только отстояли свою независимость, но и лишили Османскую империю возможности увеличить свои силы и армию примерно на треть. К тому же, для огромной османской провинции, которая могла возникнуть на месте Руси, путь дальнейших завоеваний имелся только один – в Европу. Отступая под ударами на Балканах, Европа вряд ли устояла бы даже несколько лет, увеличься турецкий натиск хоть ненамного.
Тихомир разочарованно спросил:
– Так почему про битву при Молодях умалчивает наша история?
Доктор печально улыбнулся:
– Дело в том, что битва, определившая будущее всей европейской цивилизации, случилась в правление царя, которому не положено быть «хорошим». Иван Грозный, величайший царь в истории Руси, фактически создавший ту страну, в которой мы живем, – вступивший в правление Московским княжеством и оставивший после себя Великую Русь, был последним из рода Рюриковичей. После него на престол вступила династия Романовых, и они сделали все возможное, чтобы принизить значение всего, сделанного предыдущей династией, и опорочить величайших из ее представителей. Согласно высочайшему указанию, Ивану Грозному назначено быть «плохим», и вместе с памятью о нем была запрещена и великая победа, с немалым трудом добытая нашими предками.
Марфа заинтересованно спросила:
– А что же было дальше?
Доктор пожал плечами:
– Дальше было то, что мы имеем сейчас.
После смерти Грозного в 1584 году до 1598 года страной правил его наследник – Федор Иванович. Младший сын Грозного, царевич Дмитрий, погиб при таинственных обстоятельствах в Угличе в 1591 году. С их смертью правящая династия пресеклась и началась борьба за трон между боярами – настало Смутное время. Это был полномасштабный кризис государственности, выразившийся в децентрализации государственной власти, появлении самозванства, гражданской и крестьянской войнах, войнами с Польшей и Швецией.
Первым царем из рода Романовых стал Михаил Федорович. После долгих лет Смуты, разорившей и обескровившей страну, Земский собор наконец выбрал в ходе бурных обсуждений именно его. Он находился ближе всех по родству с прежними русскими царями, так как был внучатым племянником Анастасии Романовны-Захарьиной, первой жены Ивана Грозного. Шестнадцатилетний Михаил Федорович венчался на царство летом 1613 года, и его потомство правит Россией и сейчас.
Тихомир спросил:
– Деяния Ивана Грозного были продолжены?
Доктор усмехнулся:
