Двадцать семь миров распахивали перед ним СЃРІРѕРё врата; он странствовал по РёС… бескрайним океанам и континентам, сражался и любил, спасался бегством и искал сокровища, обретал и терял друзей, карал несправедливость, бился с людьми и чудовищами, водил армии в сражения и сидел в осаде, штурмовал замки средневековых баронов и базы инопланетных пришельцев. Пираты Альбы, дикие конники-монги, амазонки Меотиды и Брегги, ньютеры Тарна, катразские хадры, гладиаторы Сармы, чудодеи Р
На крайнем западе Англии длинным клинком вонзенным в податливое тело океана вытянулся Корнуолльский полуостров. Белые меловые скалы гордо вознеслись над грохочущим в бессильной ярости у их подножия морем; великолепные луга расстилаются среди холмов знаменитых холмов помнящих еще пору смертельной схватки отступивших сюда древних племен с пришедшими из Европы кельтами. Здесь в этих краях гордый и мрачный Утер Пендрагон чародейством склонил к прелюбодеянию королеву Корнуолла Идрайну и от этого соития родился на свет спаситель Британии великий король Артур.
Ричард Блейд, насвистывая, вел машину по убегавшей на запад магистрали. Прежде ему не доводилось бывать в этих местах. Дорога, хоть и платная, по счастью, не была обнесена высокими насыпями, которые не позволяли никому из автомобилистов вторгнуться в частные владения; из-за этих насыпей по сторонам никогда ничего не было видно, что вечно бесило Блейда. В такие минуты он готов был уподобиться бессмертной троице Джерома К.Джерома из «Трое в лодке» и заставить насыпавших эти валы срывать их голыми руками под страхом немедленного расстрела в случае невыполнения дневной нормы…
Было лето. Во всех отношениях славное лето; не слишком холодное и не слишком жаркое, в меру дождливое и в меру солнечное. Отпуск странника после путешествия в параллельный Лондон был в самом разгаре. Правда, на сей раз Ричард Блейд с презрением отвернулся от всяких там Гавайев, Майорок или Багам. Едва ему стоило заикнуться, что на сей раз он не прочь отдохнуть на родине, как Дж. воспринял это как руководство к действию. Руководствуясь своими старомодными представления о том моральном облике, коему должен соответствовать полковник Секретной Службы Ее Величества, Дж. в один миг созвонился со своим старым былым сослуживцем, уже давно вышедшим в отставку, генералом Джеймсом Сент-Полом, и спустя пять минут рокочущий бас генералом уже приглашал «дорогого Ричарда» провести сколько ему заблагорассудится времени в поместье Сент-Пола, в «Говернор-Холле».
— Наконец-то я буду спокоен, Дик, — Дж. довольно потирал руки. — Джеймс человек очень строгих правил. В его поместье собирается самое изысканное, весьма высокоморальное общество. Тебе уже пора остепениться и забыть этих потаскушек, что так и волочатся за тобой на всех до единого модных курортах!..
Делать было нечего. Хмуро поблагодарив своего патрона, Блейд отправился собирать вещи. На следующий день он выехал.
Гладкая асфальтовая лента ложилась под колеса. Небрежно держа руль одной рукой, Блейд курил, выпуская дым в форточку. Конечно, если общество у этого Сент-Пола окажется и впрямь «высокоморальным» — ну, к примеру, престарелые аристократки, проводящие время за бриджем и обсуждением рациона своих котов да пара-тройка глуховатых от старости лордов, обожающих дискутировать на темы внешней политики да ругать правительство за непомерный земельный налог — он, Ричард Блейд, просто сбежит. Все было готово на случай и таких обстоятельств…
На ночлег Блейд остановился в чистеньком, аккуратном провинциальном отеле с гордым наименованием «Красный Орел», располагавшемся в старинном двухэтажном здании возле самой дороги. На стене красовалась гордая табличка, извещавшая господ постояльцев, что гостиница основана в 1640 году и что здесь останавливался незадолго до последней роковой битвы сам король Карл Первый…
Блейд снял номер, потребовал, чтобы принесли ужин и свежие газеты; взгляд его скользнул по обширному полутемному холлу, один из углов которого по совместительству исполнял функции бара, стилизованного под средневековую корчму. Разведчик очень надеялся, что эту ночь он проведет не один — подобное пришлось бы весьма кстати, если учесть весьма высокую вероятность длительного воздержания, на которое он окажется обречен, едва переступит порог имения достопочтенного Сент-Пола.
Увы, странника ждало жестокое разочарование. Ни одной хоть мало-мальски пригожей особы женского пола в поле зрения не оказалось; за столиками возле стойки сидели одни мужчины, причем одетые так, словно собрались рыбачить или на охоту — грубые куртки, высокие болотные сапоги, вязаные шапки — несмотря на летнее время, ночи выдавались холодными. Присмотревшись, Блейд заметил составленные пирамидой в углу охотничьи дробовики.
Блейд ругнулся про себя. Черт бы побрал эту глубинку с ее патриархальными нравами!
— Ваши газеты, сэр, — осторожно прошелестел над ухом голос портье. — Угодно только лондонские, или же наши местные тоже?
— Давайте все, что есть, — вздохнул Блейд. Он уже предвидел тоскливый и одинокий вечер. Кабельного телевидения здесь, конечно, нет, в графстве принят закон о борьбе с эротикой и насилием на экранах — разумеется, во имя спасения подрастающего поколения и его, поколения, морального облика… Так что не приходилось рассчитывать даже на стоящий фильм — в подобных глубинных графствах, случалось, запрещали даже киноклассику…
