<p>Глава 34</p>Сидя на коленях перед ложем, Роф считал время между вдохами своей любимой, оценивая дыхание в груди, от которого еле заметно приподнималась его рука, лежавшая на ее талии. Паузы между вдохами становились все дольше, выдохи — все медленнее.
А его собственное сердце продолжало биться, легкие выполняли свои функции, тело продолжало работать.
Это казалось жестоким… и он, не задумываясь бы, отдал свое здоровье взамен ее. Он все бы отдал, лишь бы Ана осталась с ним… но раз это невозможно, он обхватил усыпанную камнями рукоять кинжала и поместил между ними.
Не сводя глаз с приоткрытых губ Аны, он поставил кинжал так, чтобы тот был направлен в центр его груди.
Боковины кровати были выполнены из крепкого дуба, и по случайности они оказались нужной высоты: прижав рукоять кинжала к дереву, он рукой придержал оружие и наклонился, оценивая расстояние, которое необходимо было преодолеть.
Прижав грудь к острию лезвия и надавив, он почувствовал укол.
Удовлетворившись углом наклона, он повернул кинжал и вонзил острие в саму древесину, вырезая гнездо для рукояти. Строгая дерево, он думал, какое это неуважение, тратить последние вздохи Аны на подобные усилия… он должен был уделять внимание ей и ей одной.
Но необходимо сделать приготовления.
Если он потеряет ее до того, как обо всем позаботится, то может промахнуться, а он должен убедиться в отсутствии шансов на выживание.
— Что ты… делаешь?
Голова Рофа взметнулась. Сначала он не понял, что видит перед собой.
Ана повернула бледное лицо в его сторону, и сейчас смотрела из-под потяжелевших век.
Конец кинжала выскользнул из созданного им гнезда, падая на запястье, на которое он опирался. Он не обратил внимания на порез.
— Ана..?
Ее язык слизнул кровь на губах.
— Наш сын…
Воистину, он неверно расслышал ее слова. Слезы набежали на глаза, сердце забилось, и Роф задумался, не сон ли это… может, он сам ушел на тот свет, воткнув кинжал в сердце, что так разрывалось от любви к ней.
Но нет… Ана протягивала руку к его лицу. Удивленно прикоснулась к нему… будто тоже не могла принять того факта, что вернулась к реальности.
— Ана! — Он прижался к ее губам, а потом смахнул свои же слезы с ее холодных щек.
Он внезапно вспомнил совет целителя, и проворно приложил запястье к ее губам.
— Пей, моя любовь… не говори со мной. Пей. В первую очередь тебе нужна кровь!
На мгновение его Ана напряглась… а потом сделала один глоток. Еще. И третий.
