Я с сомнением посмотрел на мастеров. Очевидной уверенности они не выражали, но интерес и азарт у них в глазах был заметен.
— Пробуйте, — махнул я рукой, — Если получится, всем премия по пятьдесят золотых, а тебе — сто, — кивнул я подмастерью, — И пошли со мной, жемчуг выдам.
К вечеру следующего дня меня позвали на пляж.
К испытанию всё было готово. Мастера собрались в полном составе. На воде уже покоилось толстенное бревно, к торцам которого были привязаны верёвки.
— Мину мы вон там, на шаг правей поплавка поставили, — указал мне Донован на какую-то палку, торчащую из воды метрах в пятнадцати от берега, и тут же скомандовал, — Поехали!
Двое подмастерьев ухватили верёвки и потащили бревно к берегу, выслушивая команды мэтра, направленные на то, чтобы бревно наехало на мину ровненько посередине.
И когда я уже думал, что нас постигла неудача, так как бревно только что смяло поплавок и ничего не произошло,
Чисто на автомате я поставил Щит, но было поздно. Где-то над головой прощально прожужжало пролетающее мимо полено, а на меня обрушился водопад.
— Немножко с мощностью перебрали, — отплёвываясь, пробурчал лэр Донован, стараясь не смотреть в мою сторону.
— Дорогой ты мой! — подскочив, ухватил я его за плечи, — Всем премию увеличиваю в два раза! А если вы через три дня сделаете мне двести таких штук, то ещё столько же получите! Но и про наши ловушки не забывайте.
— Что встали, обормоты! — решил мастер не искушать судьбу и вовремя свалить, пока граф в радости, сорит деньгами и ликует, — Бегом работать. Солнце ещё высоко!
Пришлось мне делать вид, что я не замечаю, как яростно он корчит рожи и подмигивает ошарашенному коллективу артефакторных мастерских, выгоняя их с пляжа.
А на воде уныло плавали два небольших пенька. Всё, что осталось от пятиметрового бревна в обхват толщиной.
Лэру Олиру Хайя я надумал посетить вовсе не случайно.
Эта женщина сделала немало хорошего для меня и моей семьи, когда я только вставал на ноги. Забыть про неё, когда я добился успеха — не, не моё. Она была и будет другом нашей семьи и наставницей Мари, как бы высоко меня судьба не забросила.
Так что я отправил слугу с письмом в её адрес, а в ответ получил приглашение на ужин, что характерно, в особняк Белговортского военачальника — нынешнего мужа лэры Олиры, и отца Арвен — моей знакомой студентки по Академии.
Честно скажу, я не такой белый и пушистый, каким хочу казаться. И пусть подарки для лэры и Арвен я заготовил весьма приятные, но есть у меня одна мыслишка, которую не помешало бы и с главой их семьи обкатать.
Имя графа Дитера Когни, отца Арвен, мне знакомо не только по Белговорту, но и по учебникам тактики. Некоторые его решения, а это были очень дерзкие военные операции, вошли, как примеры доблести, помноженной на трезвый расчёт. Так что есть у меня свой личный интерес в нашей встрече, который и ему только на пользу пойдёт. Исхожу я из того, что одной обороной южные побережья Империи не обезопасить. И даже то, что я сейчас в меру сил пытаюсь сократить число кораблей на пиратском архипелаге — это всего лишь временная мера, если подумать и здраво рассудить.
Признаюсь, я не сразу подошёл к этой мысли. Но вот что-то постоянно свербело в голове, как заноза. И лишь добравшись до дома, в спокойной обстановке, я понял, что меня зацепило.
Корабли пиратов, которые я увидел в портах архипелага глазами Майора Вихря!
Никак они не выглядели, если рассматривать их по отдельности, как грозные боевые единицы.
Все суда находились в довольно запущенном состоянии, а из жирных плюсов у них был лишь избыточный экипаж, заточенный на абордаж.
Должен заметить, что утопить корабль, собранный почти целиком из дерева — задача не из самых простых. Особенно, если половину его трюма занимают пустые закупоренные бочки.
Да, есть у пиратов такая хитрость. Загружают они эти бочки — поплавки, чтобы их корабль не так быстро терял ход, получив пробоины, а то и вовсе оставался на плаву, если корпус судна маги не разрушили. Цель в бою у них проста — подойти борт в борт, и тогда на палубу захватываемого судна будут переброшены канаты с острыми якорями-кошками, переброшены мостки, а то и вовсе крупная сетка, по которой легко может перебраться абордажная команда, защищённая артефактами. И пусть их личные защитные артефакты примитивны и их хватит от силы на два — три удара, но дальше пираты просто числом задавят.
И нет, я сейчас не говорю про героические битвы с боевыми кораблями Империи. Такие сражения пираты сильно не любят и никогда на противника равной силы не полезут. Они, по сути своей — морские наёмники, рыцари удачи. Если нет выгоды, то пират предпочтёт уклониться от сражения.
Вот тут-то мне и подумалось, что кораблики-то у них — не главное.
Таких посудин, которые я сейчас в рейде топлю, им республиканцы, будь на то их желание, не один десяток легко подкинут.
